В начало учебникаОглавлениеГлава 4.4Информация об изданииОб изданииСписки иллюстраций и терминовАвторы изданияГлава 4.2

 

ОБЩАЯ БИБЛИОГРАФИЯ

 

Глава 4. ОСОБЕННОСТИ ИСТОРИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ БИБЛИОГРАФИИ В РОССИИ

4.3. ОСОБЕННОСТИ БИБЛИОГРАФИЧЕСКОГО ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЯ И ИСТОРИОГРАФИИ

 

предметный указатель В источниковедческом отношении история отечественной библиографии достаточно богата. И здесь можно выделить следующие из основных источников. Во-первых, библиография оставляет свои "следы" на всех книгах (произведениях, документах, изданиях). Речь идет о такой части книги, как ее аппарат, который формировался с древнейших времен, в том числе и исходя из управленческих функций библиографии. Следовательно, аппарат книги во всем его реальном многообразии является одним из важнейших источников для создания научной истории библиографии. Во-вторых, к нашему времени сложилась определенная система библиографической продукции (см. рис. 23), каждый элемент которой также служит своеобразным источником для истории библиографии. В-третьих, сама книга как универсальный способ информационного общения во всем многообразии своего реального существования, тем более выступая объектом библиографии, становится важнейшим источником ее исторического познания. Наконец, в-четвертых, с историографической точки зрения сейчас в нашей стране сформировалась весьма богатая библиографическая литература, своего рода библиографическое сознание общества, выраженное в слове и других знаковых системах. Библиографическая литература включает произведения (документы, издания) всех основных типов - научного, учебного, популярного и художественного (примеры их приведены выше - см. гл. 3, § 1). Теперь мы дадим характеристику этой литературы лишь применительно к истории библиографии.

К сожалению, сама трактовка библиографического источниковедения и историографии мало исследована в библиографоведении. Правда. еще в 1939 г. были изданы обработанная стенограмма лекций именной указатель А.П.Кулакова "Общее библиографическое источниковедение" [Л., 1939] и программа одноименного курса именной указатель А.Д.Эйхенгольца [М., 1939]. По этому поводу Н.В.Здобнов, выпустивший в свет тогда же свой "Конспект курса "История русской библиографии" [В 2 ч. М., 1939], выступил с докладом на расширенном заседании совета Высших библиографических курсов Всесоюзной книжной палаты (20 марта 1940 г.). Решался вопрос о возможности объединения ряда библиографических дисциплин в комплексный курс и включения его в программу и учебные планы библиотечных вузов страны В своем докладе именной указатель Н.В.Здобнов утверждал необходимость размежевания и раздельного существования библиографического источниковедения и истории библиографии, что вызвало острую дискуссию [подробнее см.: Здобнов Н.В. Избранное. М., 1980. С. 196-205].

В частности, основное внимание Н.В.Здобнов уделил особенностям взаимосвязи и различия таких библиографических дисциплин, как библиография библиографии (библиография второй степени), библиографическое источниковедение и история библиографии. По его мнению, библиография второй степени учитывает с большей или меньшей полнотой, в систематическом, алфавитном или каком-либо другом порядке какую-то группу библиографических пособий. С этим утверждением мы не можем сейчас согласиться, так как библиография библиографии должна заниматься и учетом, и оценкой, и рекомендацией. Правда, лишь по отношению к самой библиографической продукции. Но главное, в чем был прав Н.В.Здобнов, это утверждение, что она не может ни перерастать, ни заменять собой другие названные библиографические дисциплины.

Суть истории библиографии он, прежде всего, видит в том, что она не занимается и не ставит своей задачей учет, описание и систематизацию библиографических источников и пособий. Ее не интересует полнота источников, определенное целевое назначение группы источников. Ее интересует взаимосвязь библиографических фактов и явлений в пространстве и во времени, обобщение фактов исторического порядка. История библиографии изучает причинную связь тех или иных явлений, их обусловленность обстоятельствами, лежащими в пределах как самой библиографии, так и вне ее.

Более того, история библиографии изучает не отдельные факты, взятые как таковые, она этим может заниматься только в процессе подготовительной работы. Основное ее назначение - изучение процесса развития библиографии, смены и чередования библиографических явлений, в особенности тенденций, закономерностей, скачкообразности библиографического процесса. В соответствии с этим история библиографии рассматривает разнородные библиографические факты и явления в едином целостном комплексе, в рамках конкретного времени и места. Все виды, все разновидности, все формы библиографии входят в этот единый комплекс в пределах каждого исторического момента, каждого места, изучаемого с точки зрения истории библиографии. Поэтому история библиографии рассматривает такой единый комплекс в определенной хронологической последовательности, но не в календарной, а в последовательности периодов исторического развития библиографии. Напомним в этой связи о соотношении категорий исторического и логического. Именно разрез по периодам, обобщенный (синхронистический) вид всех фактов и явлений для каждого из периодов становится особенностью истории библиографии.

Что касается библиографического источниковедения, то здесь совершенно иные задачи, иной подход к материалу. Своей основной задачей оно ставит освоение библиографической литературы с целью наиболее рационального использования ее в процессе библиографического поиска для научно-исследовательской и справочно-библиографической работы, т.е. практической реализации основной социальной функции библиографии. Это прикладная дисциплина. Утилитарный характер является наиболее яркой отличительной чертой библиографического источниковедения. Например, справочник по библиографии второй степени представляет собой обобщенный материал, но под углом зрения практического использования его для решения различных библиографических задач. Библиографическое источниковедение детально изучает не процесс развития библиографии, а существующий фонд библиографических источников, их состав, содержание, структуру, степень пригодности в качестве оперативного материала для тех или иных целей, формы и методы использования библиографических источников в процессе библиографической деятельности.

В этой связи, считает Н.В.Здобнов, библиографическое источниковедение особенно отличается от истории библиографии своим построением. Если в истории библиографии, в связи с изучением процесса развития библиографии, нас интересует библиографическая картина каждого отдельного исторического периода, все виды и формы библиографии, порожденные этим периодом, - тут и библиография книг, журнальных статей, и теория и история библиографии и т.д., - то в источниковедении это уже нецелесообразно. Здесь нужно дать, по мнению Н.В.Здобнова, вертикальный разрез библиографических фондов. Причем следует дать в таком плане, чтобы легче осваивались отдельные виды, отдельные разновидности, отдельные формы библиографических источников и чтобы они изучались в связи с тем материалом, который в данном источнике находится.

Другими словами, если история библиографии изучает комплексы библиографических фактов и явлений, ограниченные местом и временем, то в библиографическом источниковедении такие комплексы рассматриваются по типам, по формам библиографии, взятым, во-первых, по тематическому принципу и, во-вторых, по признаку времени издания тех материалов, которые в этих библиографических источниках помещены. Общая библиография в источниковедении неизбежно отрывается от отраслевой. Причем в каждой отрасли знания материал подразделяется по его отдельным вопросам и группам, т.е. систематизируется в таком логическом порядке, чтобы удобно было запомнить, обобщить. Периодику и книги в источниковедении целесообразно расчленять, тогда как в истории библиографии такое разделение будет антиисторично. Это обусловлено тем, что в истории библиография книг и библиография периодики, порожденные в одно и то же время, являются результатом одних и тех же литературных, политических и прочих потребностей, вызваны этими потребностями и в связи с этими потребностями должны быть единым комплексом изучения.

В итоге Н.В.Здобнов предупреждает об ошибочности противопоставления источниковедения и истории библиографии. Их нельзя рассматривать как нечто чуждое, совершенно постороннее, не имеющее ничего общего. Нет, они есть часть единого целого: история библиографии и источниковедение. В то же время эти дисциплины должны быть выделены как отдельные предметы изучения и отдельные предметы преподавания. Но это разграничение не является поглощением какой-либо одной из них другою. Это не означает также отказа от одной дисциплины ради другой. Правда, преподаваться должна сначала история библиографии, преимущественно в форме лекционных занятий, а затем библиографическое источниковедение - в форме семинаров.

Придерживаясь в целом позиции Н.В.Здобнова, мы и предложим теперь вертикальный разрез библиографического источниковедения в виде типологической модели и конкретизируем ее основные уровни. Но прежде следует оговорить, что, несмотря на обилие научной и учебной литературы по источниковедению в истории вообще, до сих пор ведутся дискуссии относительно определения и типологии исторических источников. Мы будем придерживаться подхода, развиваемого в работах Л.Н.Пушкарева. В частности, ему принадлежит следующее определение исторического источника в "Советской исторической энциклопедии": "Исторические источники - все, непосредственно отражающее исторический процесс и дающее возможность изучить прошлое человеческого общества, т.е. все, созданное ранее человеческим обществом и дошедшее до наших дней в виде предметов материальной культуры, памятников письменности, идеологии, нравов, обычаев, языка" [именной указатель Пушкарев Л.Н. Источники исторические//СИЭ. М., 1965. Т. 6. Стб. 591]. Важно, что это определение затем в несколько сокращенном варианте вошло в вузовские учебники [см., напр.: Источниковедение истории СССР. 2-е изд., перераб. и доп. М., 1981. С. 8].

Центральное место и в истории вообще, и в библиографическом источниковедении занимают письменные источники. В этом отношении особый интерес представляет научная монография Л.Н.Пушкарева "Классификация русских письменных источников по отечественной истории" [М., 1975. 281 с.]. Предложенная здесь типология оригинальна в теоретико-методологическом значении. Например, предложены три основные систематические категории - тип, род, вид, в отличие от названного выше учебника, где используются лишь две (тип и вид). В итоге Л.Н.Пушкарев выделяет по критерию (основанию деления) "способ кодирования содержащейся в источнике информации - результата воплощения и отображения действительности" семь типов исторических источников (вещественные, письменные, устные, этнографические, данные языка, кинофотодокументы, фонодокументы) и два типа переходных, являющихся одновременно источниками историческими и биологическими (данные антропологии), историческими и естественными (географическая среда) [Там же. С. 255].

Особо интересующий нас тип письменных исторических источников определяется как рукописный или печатный (а также машинописный, размноженный на мимеографе, гектографе, ротапринте, шапирографе и т.д.) источник на бумаге, пергаменте, папирусе и т.д. К письменным источникам примыкают, но не составляют их часть, также и эпиграфические источники, т.е. надписи, сделанные на твердом материале - камне, глине, дереве, металле, кости, роге; берестяные грамоты. Эпиграфический материал занимает промежуточное, переходное положение между письменными и вещественными источниками. В свою очередь, этот тип делится на два рода - делопроизводственные (документальные) и повествовательные, что стало традиционным в отечественной истории с 60-х годов. С точки зрения Л.Н.Пушкарева в первом случае меньше или совсем не говорится о том прошлом, которое совершилось до создания самого источника, но зато содержится гораздо больше различных фактов, сведений, черт и т.д., свидетельствующих о многообразном воплощении реальной исторической действительности в данном письменном источнике. Во втором случае отображается и далекое прошлое в виде рассказа, предания (устного или письменного), и живое настоящее, ибо любой источник есть одновременно и исторический факт, тысячами нитей связанный со средой, временем и местом своего создания. Следовательно, в первом случае речь идет о документальных источниках (т.е. тех, которые сами по себе являются как бы документом, подтверждающим историческое настоящее, конечно по отношению ко времени его создания). Безусловно, не всегда бывает легко определить, повествовательный или документальный источник находится перед историком.

Для дальнейшего деления родовых категорий письменных источников помимо видов используются и особые категории "разряды" (например, картографические, статистические материалы в ряду документальных источников или художественные, собственно исторические, научные среди повествовательных источников). В "разрядах" далее выделяют виды и разновидности (например, карты и планы исторические, политические и экономические в картографическом разряде, исторические повести. хронографы, летописи - в историческом разряде). Для воспроизведения более или менее полной системы письменных исторических источников использованы две формы типологического моделирования - циклическая и линейная (точнее - иерархическая). Л.Н.Пушкарев считает циклическую модель, изображающую всю совокупность письменных источников в виде замкнутого круга [Там же. С. 260, 265], наиболее объективной графической формой, ибо она наглядно показывает условность деления письменных источников на роды, разряды и виды. Что касается линейной формы [Там же. С. 263, 267], то она представляет собой известное упрощение действительно существующих взаимосвязей между различными категориями письменных исторических источников. Главное, что циклическая система при ее развертывании в линейный ряд дает возможность представить всю совокупность источников в виде непрерывного ряда, переходящего в одном направлении (повествовательные) в исторические исследования, а в другом (документальные) - в изобразительные источники, восходящие к древнейшему периоду в развитии человечества, к эпохе пиктографического письма, когда условный язык рисунков и символов был синкретическим способом выражения мыслей, информационного общения.

Как видим, Л.Н.Пушкарев пытается по-своему решить и еще одну сложную для науки истории проблему: о соотношении источниковедения как науки об исторических источниках и историографии как науки о развитии исторического знания, исторического исследования. По его мнению, эту проблему следует рассматривать в диалектическом единстве этих двух понятий и в диалектической их противоположности: исследование - это одна из разновидностей повествовательного источника, однако настолько своеобразная, настолько отличающаяся от всех других разновидностей источников, что, определяя источниковедческую ценность исследования, историк должен обратить особое внимание на выявление и анализ его первоисточников. Само собой разумеется, что для историографии исследование всегда является главным и доминирующим источником. В этой связи Л.Н.Пушкарев соглашается с идеей о необходимости понятия "первоисточник", отличительная черта которого заключается в том, что он независимо (т.е. самостоятельно) и хронологически впервые, по сравнению с другими дошедшими до нас источниками, отразил тот или иной исторический факт, событие или явление или же хотя бы какую-нибудь деталь исторического факта, события, явления [Там же. С. 72-73].

 


© Центр дистанционного образования МГУП, 2001