В начало учебникаОглавлениеГлава 9.4Информация об изданииОб изданииСписки иллюстраций и терминовАвторы изданияГлава 9.2

 

ОБЩАЯ БИБЛИОГРАФИЯ

 

Глава 9. СОЗДАНИЕ РЕПЕРТУАРА РУССКОЙ КНИГИ ПЕРИОДИЧЕСКОЙ ПЕЧАТИ

9.3. "КРИТИКО-БИОГРАФИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ" С.А. ВЕНГЕРОВА

 

именной указатель С.А.Венгеров (1855-1920) - известный русский историк литературы и библиограф [подробнее о нем: именной указатель Калентьева А.Г. Влюбленный в литературу. М., 1964]. Разночинец по происхождению, народник по своим воззрениям, получил хорошее образование - сначала студент Медико-хирургической академии, а через два года студент-юрист Петербургского университета, окончивший его в 1879 г. со степенью кандидата прав, затем в 1880 г. экстерном историко-филологический факультет Юрьевского (Тартуского) университета, оставленный при кафедре истории русской литературы Петербургского университета, доктор русской словесности (1909). Именно занятия историей русской литературы привели его к необходимости расширить круг обозрения и связать литературу с историей русской культуры, а все вместе - с библиографией. С.А.Венгеров, может быть, первый после именной указатель Н.Г.Чернышевского и именной указатель Н.А.Добролюбова заметил здесь обилие сырых фактических материалов и почти полное отсутствие обобщающих работ. По его собственному признанию, в современной русской историографии нет такого свода фактов истории русской литературы, нет такой книги, "запасшись" которою исследователь или обыкновенный читатель был бы уверен, что найдет в ней сведения о писателях всех периодов русской образованности, наших дней не исключая.

И С.А.Венгеров поставил целью создать такой свод фактов, взяв за образец труды своих предшественников Е.А.Болховитинова и именной указатель Г.Н.Геннади. Особенно он ценил биобиблиографический словарь именной указатель Е.А.Болховитинова, который, по его словам, "впервые подвел итоги умственного богатства древнего периода русской гражданственности". Но сам С.А.Венгеров пошел еще дальше, замыслив создать новый тип "Критико-биографического словаря русских писателей и ученых от начала русской образованности до наших дней", чтобы в нем подробно осветить их деятельность, дать полные списки произведений, а также литературы о них, основной акцент делая именно на критическом освещении деятельности. Причем должны были быть учтены не только крупные, но и малые представители русской литературы и науки. Однако и в этом отношении он подходил не ко всем периодам русской образованности, культуры одинаково. Чем отдаленнее эпоха, тем следует быть менее "разборчивым", поскольку литературная деятельность древнего периода была крайне незначительна. Другое дело - "последнее полустолетие" (т.е. с 30-х годов XIX в.), когда литературная продуктивность начала расти в геометрической прогрессии, когда наряду с увеличением числа хороших писателей народился целый полк безграмотных и полуграмотных сочинителей разного вздора, исходящего из Никольского рынка в Москве, и когда с чрезвычайным развитием периодической печати всякому дана легкая возможность что-нибудь опубликовать. Именно "относительно этого последнего фазиса нашей письменности, конечно, приходится быть разборчивым, потому что иначе желание отмечать всякого, предавшего что-нибудь тиснению, превратит свод литературы в свод макулатуры" [Венгеров С.А. Критико-биографический словарь... СПб., 1889. Т. 1. С. 11-13].

Словарь начал выходить отдельными выпусками в 1889 г. До восьмого выпуска всю работу осуществлял сам С.А.Венгеров. Он подсчитал, что можно уложить словарь в 12 томов и закончить его в течение десяти лет. Причем ему такой объем казался "огромным", а срок - "чрезвычайно долгим". Но С.А.Венгеров не удержался в рамках только критической библиографии, он чрезмерно увлекся историко-литературными исследованиями. В результате одна буква "А" потребовала трех лет интенсивной работы и заняла 1000 с. (формата в 1/8 листа). Например, его собственная статья о К.С.Аксакове заняла 120 с. Простая арифметика подсказывала С.А.Венгерову, что при таких темпах и объеме работы словарь разрастется до 50 томов и растянется лет на 80. Возникли и материальные затруднения. Даже после выхода первого тома, когда, как подчеркивал сам составитель, "должно было установиться некоторое доверие к издателю", расходилось 600-700 экз. Этого не хватало даже на покрытие типо-графских расходов, не говоря уже об оплате собственного труда и серьезном привлечении других лиц.

И все же начиная с восьмого выпуска появляются сотрудники, и число их все время растет, включая и ряд (более ста) выдающихся ученых и писателей (именной указатель А.Н.Бекетов, именной указатель В.С.Иконников, именной указатель П.Ф.Лесгафт, именной указатель Л.Н.Толстой и др.). Однако издание словаря затягивалось: если каждый из первых трех томов потребовал три года на издание, то 4-й - четыре года, 5-й, благодаря тому что стали печатать не только вполне законченные статьи, но и подготовительные материалы, - два года, но 6-й - уже семь лет. Как объясняет С.А.Венгеров в предисловии ко второму изданию "Критико-биографического словаря..." [1915. Т. 1. С. V-XIX], он "вынужден был "закончить" каким-нибудь способом издание, ведение которого стало совершенно не под силу", "Закончить" было не трудно. Дело в том, что уже начиная с 4-го тома тип издания изменился. Том был разделен на два отдела: в первом словарь продолжался по прежнему "критико-биографическому" варианту, а во втором печатали чисто фактические биографические материалы, отзывы о данном писателе и перечень того, что им написано.

В 5-м томе, чтобы использовать уже подготовленные статьи, они были даны на разные буквы. Например, открывается он обширной статьей о именной указатель П.Л.Чебышеве, а затем идут статьи и на "Я", и на "Ф", и на "Б", и даже опять на "А" и т.д. К тому приложен вспомогательный указатель авторов по всем пяти томам. В 6-м томе был выделен особый отдел "Автобиографический архив Критико-биографического словаря", в котором были напечатаны 45 автобиографических заметок. Здесь же опубликованы всякого рода дополнения и поправки, присланные более чем от 40 любителей литературы и специалистов. Такое разнообразие публикуемых материалов позволило С.А.Венгерову заявить в предисловии к 6-му тому, что с выходом последнего "Критико-биографический словарь" превращается в историко-литературный сборник, что и было зафиксировано в подзаголовке. Но раз сборник, а не словарь, то нет никакой органической надобно-сти "закончить" его. Труд превращался просто в собрание известного количества статей, посвященных русским писателям, и в таком виде представлял собою нечто вполне законченное. Тем более что в конце 6-го тома был также дан вспомогательный указатель авторов ко всем шести томам.

С.А.Венгеров еще питал некоторую надежду, что будет когда-нибудь издан 7-й том. Но этому сбыться было не суждено. Это шеститомное издание своего труда он и назовет потом, приступая ко второму, "первым" изданием "Критико-биографического словаря". В нем имеются статьи и документальные справки более чем о 2000 писателях на все буквы алфавита (собственно алфавитная роспись остановилась на фамилии "Вавилов"), а также целиком или в извлечениях дано несколько сотен автобио-графических сообщений.

За несколько лет до прекращения "первого" издания своего словаря, как бы предвосхищая невозможность довести его до конца, С.А.Венгеров предпринимает последовательно два издания по сокращенной программе, которые он считал подготовительными работами. Первым из них были "Русские книги" [В 3 т., 30 вып. СПб., 1895-1899], составленные коллективом (4-6 лиц) под редакцией С.А.Венгерова и напечатанные на средства именной указатель Г.В.Юдина. После выхода 3-го тома это издание, охватившее две буквы ("А" и "Б") и самое начало "В" (до "Вавилов"), было прекращено из-за отсутствия материальных средств. На обращение С.А.Венгерова в Академию наук с просьбой взять на себя дальнейшее издание "Русских книг" последовал отказ.

Другая подготовительная работа к "Критико-биографическому словарю" С.А.Венгерова - "Источники словаря русских писателей" [В 4 т. СПб., 1900-1917] - издавалась все-таки на средства Академии наук. Но и этот вариант словаря остался незаконченным (оборвался на фамилии "Некрасов"). Правда, по данным самого С.А.Венгерова, в нем нашло отражение 15735 имен (если считать от Аарона до Куликова) из уже подготовленного списка в 32831 фамилию авторов не позже 1899 г. именной указатель И.М.Кауфман в своем труде "Русские биографические и биобиблиографические словари" [М., 1955. С. 311] указывает, что был подготовлен и сдан в производство 5-й том "Источников словаря...". Но пока эти данные не получили подтверждения.

Наконец, и сам С.А.Венгеров получил возможность снова обратиться к своему первоначально задуманному детищу. Но продолжить издание в тех же масштабах и в том же объеме он не смог. Вместо этого он приступил ко второму изданию "Критико-биографического словаря" в виде "предварительного списка русских писателей и ученых и первых о них справок" [Пг., 1915-1918. Т. 1, вып. 1-3 - Т. 2, вып. 4-5]. К этому времени С.А.Венгеров окончательно осознал два обстоятельства. Во-первых, на чем в свое время настаивал именной указатель А.Н.Пыпин, сначала следует составить самый краткий (2-3 тома) предварительный словарь, но на все буквы. Во-вторых, подготовку такого грандиозного труда, который первоначально замыслил С.А.Венгеров, можно вести только на коллективных началах.

Поэтому в своем четвертом по счету варианте "Критико-биографического словаря" С.А.Венгеров пошел еще дальше по линии сокращения материала, ограничившись только минимальными биографическими справками о писателях и ученых. Основное достоинство своего нового варианта он видел в "почти исчерпывающей" полноте списка имен, а также в том, что "он объемлет всю пишущую братию, не только генералов и полковников от литературы и науки, но и простых рядовых". Приводя далее в пример "Писцовые книги" Древней Руси, "весьма краткие по количеству сведений, но важные тем, что они заносили все тяглые души", что даст возможность воссоздать весь экономический быт того времени, С.А.Венгеров теперь замыслил "дать своего рода писцовую книгу русской словесности и науки" [Критико-биографический словарь... 2-е изд. 1915. Т. 1. С. XV].

Что касается коллективности в работе, то именно в 1915 г. С.А.Венгеров выдвинул идею о создании специального библиографического общества. И 21 октября 1916 г. состоялось учредительное собрание основанного им "Литературно-библиографического института", в создании которого приняли участие видные литературоведы, историки и библиографы Петрограда (именной указатель Н.И.Кареев, именной указатель Н.М.Лисовский, именной указатель П.Н.Сакулин, именной указатель А.Г.Фомин, именной указатель А.А.Шахматов, именной указатель И.А.Шляпкин и др.). К вновь учрежденному институту перешла основная база биобиблиографических работ - картотека С.А.Венгерова, которая создавалась им с 1885 по 1912 г. и к моменту передачи насчитывала почти два миллиона карточек. Но время было упущено. Шла Первая мировая война, вскоре произошли две российские революции (Февральская и Октябрьская). И последний вариант (2-е изд.) "Критико-биографического словаря" С.А.Венгерова оборвался на втором томе (пятом выпуске), отразив биографические сведения о нескольких десятках тысяч писателей и ученых (до фамилии "Павлов").

И все же, несмотря на незавершенность всех четырех вариантов "Критико-биографического словаря" С.А.Венгерова, опубликованные материалы не теряют своей научной ценности. Еще более значимы его неопубликованные материалы, хранящиеся в настоящее время в Институте русской литературы Российской академии наук (Пушкинский дом), доступные для использования всеми исследователями. Как уже отмечалось, его библиографическая картотека насчитывает около двух миллионов карточек на книги и журнальные статьи, кроме того, имеется 3500 автобиографических записок и справок о русских писателях и ученых и до 35000 единиц иконографического материала.

Череда многочисленных опытов создания репертуара русской книги в его биобиблиографическом варианте в дореволюционной России завершается созданием "Русского биографического словаря" [В 25 т. СПб., 1896-1918], первого и единственного пока в нашей стране. В целом можно заключить, что многообразие, пусть и не всегда завершенных, опытов создания библиографического репертуара в дореволюционной России впечатляет. Помимо историко-культурного, справочного значения их сохраняет свою ценность сама библиографическая методика их разработки. Будем надеяться, что обобщение дореволюционного опыта подготовки репертуара русской книги позволит нам довести его хотя бы до 1917 г.

 


© Центр дистанционного образования МГУП, 2001