В начало учебникаОглавление Раздел 4 Информация об изданииОб изданииСписки иллюстраций и терминовАвторы издания Раздел 2

 

РЕДАКЦИОННАЯ ПОДГОТОВКА ИЗДАНИЙ ПЕРЕВОДНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 

РАЗДЕЛ III. Критерии редакторской оценки адекватности передачи языковых значений

 

При всей важности работы по отбору литературного произведения для издания, по составлению и коррекции сопроводительного аппарата издания перевода центральное, ключевое место занимает подготовка и коррекция его основного текста, т.е. текста перевода. Поскольку издания переводов охватывают широкий круг произведений как художественной, так и нехудожественной литературы, поскольку произведения равно художественной и нехудожественной литературы весьма разнородны по своему характеру [наглядный тому пример - очевидная разница между прозаическими и поэтическими текстами], при подготовке и редакционной обработке текста перевода следует руководствоваться определенной иерархией приемов и средств, имеющихся в распоряжении переводчика и редактора. Другими словами, эдиционный инструментарий будет в существенной степени зависим от характера переводимого и обрабатываемого материала.

Для определения иерархии средств, используемых при подготовке и обработке текстов переводов, целесообразно обратиться к основам, теории языковых значений.

Значения языковых единиц существуют не в человеческом сознании, а в самих этих единицах, то есть не в мозгу человека, а в речи.

Природа знака обусловливает следующее. Любой знак является знаком лишь благодаря тому, что он что-то обозначает, иными словами, относится к чему-то, лежащему вне знака, Следовательно, значение есть не сущность, а отношение. Это отношение знака к чему-то, лежащему вне знака, и есть значение знака.

Следует уточнить, к чему именно знак относится, то есть определить, какое отношение или отношения между знаком и чем-то другим являются значением (значениями) данного знака. В современной семиотике принято говорить о трех основных типах отношений, в которые входит знак и, соответственно, о трех основных типах значений:

1) Прежде всего это отношение между знаком и предметом, обозначаемым данным знаком. Предметы, процессы, качества, явления реальной действительности, обозначаемые знаками, принято называть референтами знака, а отношение между знаком и его референтом - предметный указатель референциальным значением знака (referential meaning). [Другие употребляемые в научной литературе термины: "денотативное", "понятийное" или "предметно-логическое" значение.] При этом референтом знака, как правило, является не отдельный, индивидуальный, единичный предмет, процесс и т.д., но целое множество однородных предметов, процессов, явлений и пр.

2) Вторым типом отношений, в которые входит знак, является отношение между знаком и человеком, пользующимся данным знаком (то есть отношение между языковым знаком и участниками речевого процесса - говорящим или пишущим и слушающим или читающим). Люди, использующие знаки языка, отнюдь не безразличны к ним - они вкладывают в них свое субъективное отношение к данным знакам, а через них - к самим референтам, обозначаемым данными знаками. Так, русские слова "очи", "глаза" и "гляделки"; "почивать", "спать" и "дрыхнуть"; "похитить", "украсть" и "спереть" обозначают, соответственно, одни и те же референты, то есть имеют одинаковые референциальные значения, но они отличаются по тем субъективным отношениям, которые существуют между этими знаками и людьми, использующими эти знаки. Эта субъективные отношения (эмоциональные, экспрессивные, стилистические и пр.), которые через знаки переносятся на обозначаемые знаками референты, называются прагматическими отношениями. Соответственно второй тип значений мы будем называть предметный указатель прагматическими значениями знаков. [Другие употребляемые термины - "коннотативное значение", "эмотивное значение", "стилистическая" иди "эмоциональная" окраска.] Как правило, прагматические значения языковых знаков являются одинаковыми для всего коллектива людей, говорящих на данном языке.

3) Любой знак, в том числе и языковой, существует не изолированно, а как составная часть определенной знаковой системы. В силу этого любой знак находится в сложных и многообразных отношениях с другими знаками той же знаковой системы. Такие отношения называются лингвистическими. Соответственно мы будем говорить о предметный указатель лингвистических значениях языковых знаков. [Другие термины - "внутрилингвистическое значение", "значимость".]

Итак, любой языковой знак находится в определенных отношениях с: а) обозначаемым им референтом; б) людьми, пользующимися данным знаком, и в) другими знаками, входящими в ту же самую языковую систему. В силу этого семиотическое содержание знака складывается из трех компонентов - референциального, прагматического и лингвистического значений.

Для эдиционной - в том числе переводческой - теории и практики первостепенным является вопрос: все ли типы значений, выражаемых в тексте подлинника, сохраняются при переводе.

Степень "сохранности" значений в процессе перевода оказывается неодинаковой в зависимости, прежде всего, от самого типа значений. В наибольшей степени при переводе сохраняются (то есть как бы являются "наиболее переводимыми") референциальные значения.

В меньшей степени, чем референциальные значения, поддаются передаче при переводе значения прагматические. Дело в том, что отношение разных человеческих коллективов к данным предметам, понятиям и ситуациям может быть различным.

Лингвистические значения в силу самой своей сущности поддаются передаче при переводе в минимальной степени. Как правило, они вообще не сохраняются в процессе перевода, и внутрилингвистические значения, присущие единицам исходного языка, исчезают и заменяются внутрилингвистическими значениями, свойственными единицам языка перевода.

Однако доминирующим фактором, определяющим "порядок очередности" передачи значений, является характер самого переводимого текста. Выделенные типы языковых значений играют далеко не одинаковую роль в текстах разных жанров. Если для такой жанровой разновидности текста, как научная и техническая литература, характерна преобладающая роль референциальных значений, то для художественной литературы, в особенности для лирической поэзии, ведущими и основными часто оказываются не референциальные, а прагматические отношения. Из этого вытекает, что при переводе текстов художественных, в особенности поэтических, переводчик нередко вынужден жертвовать передачей референциальных значений с тем, чтобы сохранить несравненно более существенную для данного типа текстов информацию, заключенную в выражаемых в нем прагматических (эмоциональных и пр.) значениях. В ряде случаев наиболее существенная информация оказывается заключенной именно в лингвистических значениях, так что переводчик бывает вынужден жертвовать ради передачи внутрилингвистических значений значениями других типов, в первую очередь референциальными.

В каждом конкретном случае переводчик должен решать, каким значениям необходимо отдать преимущество при передаче, а какими можно жертвовать с тем, чтобы минимизировать потери информации, наиболее существенной для данного текста.

Рассмотрим в первую очередь особенности передачи РЕФЕРЕНЦИАЛЬНЫХ значений.

Основная проблема передачи референциальных значений, выражаемых в исходном тексте, - это несовпадение круга значений, свойственных единицам исходного языка и языка перевода.

В целом все типы соответствий между единицами языка - прежде всего лексическими - можно свести к трем основным: I - полное соответствие; II - частичное соответствие; III - отсутствие соответствия.

I. Случаи предметный указатель полного совпадения лексических единиц во всем объеме их референциального значения относительно редки. Как правило, это слова однозначные, то есть имеющие в обоих языках только одно лексическое значение.

1) Имена собственные и географические названия, напр.: Гомер - Homer, Польша - Poland и т.д.

2) Научные в технические термины, напр.: шестигранник - hexahedron, ключица - clavicle и т.д.

3) Некоторые другие группы слов, близкие по семантике к указанным двум, например названия месяцев и дней недели: март - March, воскресенье - Sunday, плюс числительные: тысяча - thousand.

Однако слова-термины во многих случаях характеризуются многозначностью. Особенно большой многозначностью отличается техническая терминология (камера - chamber, compartment, cell, camera /фото/, tube /шины/, lining /шланг/ и др.; пластина - plate, bar, sheet, blade и др.).

В очень редких случаях полное соответствие встречается и у многозначных слов. Так, русское слово "лев" и английское "lion" имеют следующие значения: 1. Крупное хищное млекопитающее. 2. Знаменитость. 3. Созвездие и знак Зодиака.

II. Наиболее распространенным случаем является предметный указатель частичное соответствие.

Иногда круг значений слова в исходном языке оказывается шире, чем у соответствующего слова в языке перевода, или наоборот, напр., характер - character. [(S) SL >/< (S) TL.] Такое отношение неполной эквивалентности можно назвать включением.

Более распространенный случай имеет место, когда оба слова - в исходном языке и в языке перевода - имеют как совпадающие, так и расходящиеся значения, напр., лексемы, "стол" и "table", "дом" и "house". Подобный вид отношений между словами двух языков мы можем назвать пересечением.

Весьма интересны частные случаи частичного соответствия, обусловленные явлением, которое можно назвать недифференцированностъю значения слова в одном языке сравнительно с другим. Речь идет о том, что одному слову какого-либо языка, выражающему более широкое ("недифференцированное") понятие, то есть обозначающему более широкий класс денотатов, в другом языке могут соответствовать два или несколько слов, каждое из которых выражает более узкое, дифференцированное, сравнительно с первым языком, понятие, то есть относится к более ограниченному классу денотатов. Так, русскому слову "рука" в английском языке соответствуют два слова - "arm" и "hand", каждое из которых обозначает более узкое понятие. Аналогичным образом, английскому глаголу "to chuckle" соответствуют в русском языке глаголы "кудахтать", "крякать" и "гоготать", русскому существительному "цветок" соответствуют английские слова "flower" /цветок как растение/ и "bloom" /головка цветка/. Можно привести множество аналогичных примеров.

Существенно подчеркнуть, что в данном случае речь не идет о многозначности слов, или полисемии. В указанных выше случаях эти слова имеют только одно значение (наряду с которым они могут иметь и другие значения, напр., глагол "to chuckle" наряду со значением "издавать определенный звук /о животном/" имеет значение "посмеиваться", "фыркать"), но объем этого значения в целом шире, нежели у их соответствий в другом языке. Следует отличать те случаи, когда разным значениям одного и того же слова в одном из языков соответствуют разные слова в другом языке. Например, русскому слову "жертва" в значении "человек, пострадавший или погибший от чего-либо", соответствует английское "victim", а в значениях "приносимые в дар божеству предметы или существа" и "добровольный отказ" - английское "sacrifice".

Следует иметь в виду, что не всегда можно достаточно строго разграничить многозначность и семантическую недифференцированность.

В разных языках могут встречаться и более сложные, чем приведенные выше, случаи смысловой недифференцированности. (Напр., "сыр", "творог" - "cheese", "cottage cheese"; "стул", "кресло" - "chair", "armchair", "сад", "огород" - "garden", "vegetable garden"; "дыня", "арбуз" - "melon", "watermelon".)

Из сказанного выше явствует, что один язык дает возможность не выражать разницы между определенными понятиями, в то время как другой язык вынуждает пользующегося им обязательно выразить эту разницу. В этой связи Р. Якобсон справедливо отмечал, что "языки различаются, главным образом, в том, что они должны выразить, а не в том, что они могут выразить".

Для перевода и редактирования данное явление, как и многозначность, представляет собой значительную трудность в том плане, что при передаче слова, семантически недифференцированного в исходном языке, необходимо произвести выбор между возможными соответствиями в языке перевода. И наоборот, сложность возникает при необходимости передать слово, семантически дифференцированное в исходном языке. В большинстве случаев возможность сделать правильный выбор обеспечивается показаниями контекста - узкого или широкого.

Картина отношений между единицами двух языков становится еще сложнее, если проводить сопоставление не между отдельными словами, а между целыми группами семантически сходных слов. Достаточно характерным примером подобной сложности являются цветообозначения в различных языках. Так, в русском языковом сознании обозначены семь основных цветов спектра - красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий и фиолетовый. В английском, например, языковом сознании существует шесть таких цветов - red, orange, yellow, green, blue, purple. Существуют языки, в которых есть всего два недифференцированных названия цвета - один для красной части спектра (включая красный, оранжевый и желтый) и второй - для синей (включая зеленый, голубой, синий и фиолетовый).

При переводе текста оригинала и его последующей редакционной обработке необходимо принимать во внимание то, что различное языковое сознание по-разному проводит членение окружающей человека пространственно-временной реальности. Так, говорящие по-английски делят 24-часовой период не на четыре, а на три части: morning (от 0 до 12 часов дня), afternoon (от полудня примерно до 18 часов, то есть до захода солнца) и evening (от захода солнца до полуночи). Что касается слов day и night, то они обозначают деление суток на светлую часть (day) и темную (night), [Ср.: "Night at the Opera" - "Вечер в Опере".]

III. Наконец, третий возможный случай взаимного отношения лексики двух языков - это полное предметный указатель отсутствие совпадения. Речь идет о так называемой безэквивалентной лексике. Сюда относятся в основном следующие группы слов.

1. Имена собственные, топонимы, названия учреждений, организаций, газет и пр., не имеющие постоянных соответствий в лексиконе другого языка.

2. Так называемые реалии. Сюда относятся слова, обозначающие разного рода предметы материальной и духовной культуры: щи, рассольник, квас, сарафан, частушки, drugstore, drive-in, brain drain и пр.

3. Лексические единицы, которые можно назвать случайными лакунами (сутки, exposure и пр.).

Из практики перевода и редакционной коррекции известны следующие способы передачи безэквивалентной лексики.

1) предметный указатель Переводческая транслитерация и транскрипция. (Брейн-дрейн, паблик скул, ноу-хау, трансмиттер, ресивер, сабвуфер, твитер, дисплей, камкордер, кард-слот, стэндбай, чизбургер, пай и др.) В настоящее время прием транслитерации и транскрипции при переводе художественной литературы используется реже, чем при переводе литературы специальной.

2) предметный указатель Калькирование. Этот прием заключается в передаче безэквивалентной лексики исходного языка при помощи замены ее составных частей - морфем или слов - их прямыми соответствиями в языке перевода. (Grand Jury - Большое жюри, brain drain - утечка мозгов, backbencher - заднескамеечник, open earphones - открытые наушники, rear projector - обратный проектор и пр.).

3) предметный указатель Описательный ("разъяснительный") перевод. Этот способ передачи безэквивалентной лексики заключается в разъяснении значения лексической единицы исходного языка при помощи развернутых словосочетаний, т.е., по сути дела, ее дефиницией (statesmanship - искусство управлять государством, signal feedback - обратное "скармливание" сигнала, floorer - сильный удар, сбивающий с ног, standby - режим ожидания в готовности, щи - cabbags soup, борщ - beetroot and cabbage soup).

Нетрудно заметить, что описательный перевод обычно оказывается весьма громоздким и неэкономным. Поэтому переводчики и обрабатывающие текст перевода редакторы часто прибегают к сочетанию двух приемов - транскрипции/транслитерации или калькирования и описательного перевода, представляя последний в подтекстовом или затекстовом комментарии. (Holding company - холдинг-компани, фирма, которая непосредственно не управляет производством, а только держит в своих руках "портфельный капитал". В дальнейшем тексте возможно употребление транскрипции "холдинг-компани" без пояснений.) Разъяснив однажды значение данной единицы, переводчик в дальнейшем может использовать транскрипцию/транслитерацию или кальку, смысл которой уже уяснен читателем.

4) предметный указатель Приближенный перевод (при помощи "аналога") заключается в подыскании ближайшего по значению соответствия в языке перевода для лексической единицы исходного языка, не имеющей в языке перевода точных соответствий (городничий - mayor, техникум - junior college, drugstore - аптека, know how - технология и пр.).

Следует иметь в виду, что "аналоги" лишь приблизительно передают значение исходного слова и в некоторых случаях могут создать не вполне правильное представление о характере обозначаемого ими явления.

Учитывая это, опытные переводчики и редакторы при использовании "аналогов" дают требуемые пояснения в комментариях к переводу.

5) предметный указатель Трансформационный перевод. В ряде случаев при передаче безэквивалентной лексики приходится прибегать к перестройке синтаксической структуры предложения, к лексическим заменам с полным изменением значения исходного слова, т.е. к тому, что носит название лексико-грамматических трансформаций (He died of exposure - Он умер от воспаления легких / Он погиб от солнечного удара).

Система ПРАГМАТИЧЕСКИХ значений, выражаемых в языке, является весьма сложной, и эти значения качественно неоднородны. Представляется возможным предложить нижеследующую схему классификации прагматических значений.

I. Стилистическая характеристика слова. Можно выделить в словарном составе языка следующие виды стилистической характеристики слов:

1) нейтральная;

2) обиходно-разговорная;

3) книжная;

4) поэтическая;

5) терминологическая.

II. Регистр слова. Имеются в виду определенные условия или ситуация общения, обусловливающие выбор тех или иных языковых средств, в том числе лексических единиц. Можно наметить существование пяти регистров, среди них:

1) фамильярный;

2) непринужденный;

3) нейтральный;

4) формальный;

5) возвышенный.

III. Эмоциональная окраска слова. Лексические единицы могут быть подразделены на три основные группы:

1) отрицательно-эмоциональные;

2) нейтрально-эмоциональные и

3) положительно-эмоциональные.

Выделенные здесь аспекты классификации слов по их прагматическим значениям не являются строго взаимоисключающими - между стилистической характеристикой, регистром и эмоциональной окраской существует тесная связь.

Вполне обычной является ситуация, когда лексемы двух разных языков, полностью совпадающие по своему референциальному значению, расходятся в отношении прагматических значений, то есть по стилистической характеристике, регистру или эмоциональной окраске ("кисть" - "hand", "очи" - "eyes", "град" - "city", "buck" - "доллар", "quid" - "фунт" и т.д.).

Расхождение значений единиц исходного языка и языка перевода в процессе перевода нередко ведет к тому, что те или иные из этих значений оказываются при переводе утраченными. Обычно это выражается в замене стилистически или эмоционально "маркированных" слов исходного языка нейтральными словами языка перевода.

Но если такие потери при переводе являются до некоторой степени неизбежными, то совершенно недопустимо обратное - замена нейтральной лексики на прагматически маркированную.

Одним из способов передачи прагматических значений является, например, применение описательного перевода ("Шкафик мой родной" - "My darling old cupboard"),

С рассматриваемой проблемой передачи прагматических значений тесно связан вопрос о передаче при переводе метафорических значений слов. Речь в первую очередь идет здесь о передаче эмоционально окрашенных сравнительных оборотов ("хитер как лиса" - "sly as a fox", "труслив как заяц" - "timid as a hare", но "упрям как осел" - "obstinate as a mule", "глуп как пробка" - "stupid as an ass", "пьян как сапожник" - "drunk as a lord", "слепой как крот" - "blind as a bat"). В ряде случаев для названия некоторых качеств в одном из сопоставляемых языков вообще нет сравнительных оборотов ("dead as a doornail" - "мертвый"); в этих случаях могут возникать затруднения при переводе.

Следующим этапом метафоризации значения слова является употребление второго компонента сравнительного оборота для обозначения самого лица или предмета. Но не во всех языках такие метафорические значения слов совпадают. Английское "rat" обозначает "труса", русское "крыса" метафорически не употребляется. Русское "гусь" означает плутоватого человека, "паук" - кровопийцу-эксплуататора, английские "goose" и "spider" метафорических значений не имеют ("Хорош гусь!" - "There's a good one!"). В узбекском же языке "паук" - символ хитрости. Все эти моменты должны обязательно учитываться при переводе и последующей редакционной обработке.

К прагматическому значению слова примыкает его предметный указатель коннотация, т.е. те дополнительные ассоциации, которые слово вызывает в сознании носителей данного языка. Слово "черемуха" вызывает у русского воспоминание о весне, природе, а английское "bird cherry" для американца и англичанина остается только названием малоизвестного растения. Напротив, для русского "остролист" и "омела" - всего лишь ботанические термины, для англичанина же их эквиваленты "holly" и "mistletoe" - символы Рождества. Для русского "отруби" - корм для скота, для англичанина "bran" - блюдо, которое принято подавать на завтрак.

К числу ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ значений относятся отношения звукового сходства между словами, отношения сходства морфемной структуры, отношения семантического сходства или несходства и пр. Так, передача лингвистических значений единиц исходного языка является необходимой во всех тех случаях, когда сами единицы языка становятся предметом высказывания. К проблемам передачи лингвистических значений относятся проблемы передачи рифмы и аллитерации, игры слов.

Особо важную роль передача лингвистических значений играет при переводе такого рода текстов, где формальные особенности превалируют.

Элементы грамматического строя языка - аффиксы, формы словоизменения и синтаксические конструкции - также относятся к числу языковых знаков и так же, как и лексические единицы, являются носителями референциальных, прагматических и лингвистических значений.

 


© Центр дистанционного образования МГУП, 2001