Московский государственный университет печати

Виноградова Л.А.


         

История книжного дела в России (988-1917)

Учебное пособие


Виноградова Л.А.
История книжного дела в России (988-1917)
Начало
Печатный оригинал
Об электронном издании
Оглавление
•  

ПРЕДИСЛОВИЕ

•  

Лекция 1. ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ СЛАВЯНО-РУССКОЙ ПИСЬМЕННОСТИ И КНИГИ

•  

Лекция 2. ПРОИЗВОДСТВО И ПОТРЕБЛЕНИЕ ДРЕВНЕРУССКИХ РУКОПИСНЫХ КНИГ

•  

Лекция 3. НАЧАЛО КНИГОПЕЧАТАНИЯ В РУССКОМ ГОСУДАРСТВЕ. ПЕРВОПЕЧАТНИК ИВАН ФЕДОРОВ

•  

Лекция 4. РУССКИЕ РУКОПИСНЫЕ И ПЕЧАТНЫЕ КНИГИ В XVII в.

•  

Лекция 5. ПРЕОБРАЗОВАНИЯ В КНИЖНОМ ДЕЛЕ РОССИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ И СЕРЕДИНЕ ХVIII в.

•  

Лекция 6. РАЗВИТИЕ ЧАСТНОПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОГО КНИГОИЗДАТЕЛЬСТВА И КНИЖНОЙ ТОРГОВЛИ В РОССИИ В КОНЦЕ XVIII - ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX В.

•  

Лекция 7. КНИГОИЗДАТЕЛЬСТВО И КНИЖНАЯ ТОРГОВЛЯ В РОССИИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX В.

•  

Лекция 8. КРУПНЕЙШИЕ РУССКИЕ КНИГОИЗДАТЕЛЬСКИЕ И КНИГОТОРГОВЫЕ ФИРМЫ

•  

Лекция 9. КНИЖНОЕ ДЕЛО РОССИИ В ПРЕДРЕВОЛЮЦИОННУЮ ЭПОХУ

Указатели
266  именной указатель
17  указатель издательств

Лекция 2. ПРОИЗВОДСТВО И ПОТРЕБЛЕНИЕ ДРЕВНЕРУССКИХ РУКОПИСНЫХ КНИГ

Грамотность была сравнительно широко распостранена в Древней Руси. Как показывают источники, грамотй владели власть имущие: князья, бояре, духовенство. Исследуя владельческие надписи на сохранившихся книгах и документы той поры, историки пытались определить процент грамотных в разных сословиях. Доказано, например, что и среди торговых, посадских людей, даже крестьян, грамотность достигала 20 процентовСм.: Соболевский А.И. Славяно-русская палеография. Курс 1. СПб., 1901. С. 14..

Бесспорное подтверждение такого вывода последовало в связи с открытием так называемых берестяных грамот, которое было впервые сделано в Новгороде 26 июля 1951 г. археологической экспедицией Арциховский А.В.А.В. Арциховского.

О том, что в древности береста использовалась как писчий материал, было и раньше известно из исторических источников. Об этом свидетельствовал, например, Иосиф ВолоцкийИосиф Волоцкий - церковный писатель конца XV - начала XVI вв., указывая, что при основании монастырей «самые книги не на хартиях писаху, но на берестех». Иными словами, из-за дороговизны пергамена - обычного в то время материала для письма - книги писались на бересте. В старейшем описании монастырских книг, составленном в XVII в., упомянуты «свертки на дереве», т.е., скорей всего, берестяные свитки. До нашего времени в музеях сохранились документы, в их числе целые книги, писанные чернилами на бересте в XVII-XIX вв. Текст берестяных грамот процарапывался на бересте специальным инструментом - «писалом»См.: Янин В.Л. Я послал тебе бересту. 2-е изд. М., 1975..

Слово «къниги» на раннем этапе древнерусской книжности имело несколько значений: собственно книги; священное писание; письмена, буквы; письмо, посланиеСм.: Карский Е.Ф. Славянская кирилловская палеография. Л., 1928. С. 112..

Основными потребителями рукописной книги были, конечно, представители феодальной власти и духовенство - интеллигенция древней Руси. Ремесло писцов, «книжных списователей» древней Руси известно лучше многих других видов городского ремесла. За период XI-XII вв. сохранилось 25 подписей писцов. Те, кто подписывался лишь именами, без всяких церковных званий, по мнению ученых, - миряне. Писцами-ремесленниками были и лица духовные (дьяк, поп, пономарь), изготовлявшие рукописи по заказам. Писцами тогда выступали и сами авторы произведений, и копиисты-переписчики. Слово «писец» имело несколько синонимов: «книгописец» (в высоком слоге), «писарь», «мастер», «доброписец». Иногда в роли писца выступала женщина - «писица».

Работа писца по заказу оформлялась в виде договора («ряда»), о чем свидетельствует, например, запись при новгородском «Софийском Евангелии» второй половины XIV в. Здесь отражены уже вполне развитые отношения заказчиков с писцом. По договору (очевидно, устному) писец Фрол должен был получить 6 сорочков за работу и 1 сорочек за пергамен, задаток - 2 сорочка («сорочек» - новгородская единица обмена). Писец просит игумена переправить готовую книгу на Двину с неким Григорием Сериным, который и должен произвести там окончательный расчет. Писец не только выполняет заказ по предварительному договору, но производит через посредника расчет за работу с монастырем-заказчиком, удаленным от него на тысячи километров.

Книгописные мастерские - главное доказательство наличия развитого ремесла - появились в главных центрах русской книжной культуры уже в конце XI в. Объединения писцов создавались в монастырях, княжеских и вечевых канцеляриях. Из жития новгородского архиепископа Моисея (первая половина XIV в.) известно, что он «собра (у себя) многи писца книжныя, наять (нанял) их переписывати книги святыя». Большинство уцелевших книг XI-XIV вв. приходится на Новгород и его пригороды: здесь и «роскошные» рукописи ранней поры и более скромные книги. В трагический период татаро-монгольского ига новгородско-псковская земля стала хранительницей книжных сокровищ Руси.

Древнерусская книга изготовлялась в форме кодекса в окладе (переплете). По углам нижней крышки переплета, чтобы он не портился, прибивались круглые или угольные «жуки» из металла. На книге были застежки - обязательный элемент переплета. Застегивать их после прочтения книги «от доски до доски» было необходимо.

Первоначально книги писались на пергамене, называвшемся на Руси также «харатья» (хартия). В середине XIV в. в Москве появились первые документы, писанные на бумаге, первым из которых, дошедшим до наших дней, является договорная грамота сыновей Ивана Калиты, составленная в 1351 г. На рубеже XIV-XV вв. появляются бумажные рукописи - книги.

Переплеты делались из досок, обтянутых кожей или дорогой тканью. Богатые книги получали оклады из драгоценных металлов и камней. Уникально «Мстиславово Евангелие», оклад которого украшался в Царьграде и Киеве, для чего были использованы «все злато и сребро и драгой камень».

Древнейший почерк кириллического письма называется «устав». Это прямой, красивый, «торжественный» почерк, рассчитанный на переписку книг не спеша, с благоговением. До XIII в. основная масса книг представляла собой роскошные «напрестольные» фолианты. Для чтения их в скудно освещенных церквах или палатах как раз и нужен был крупный, четкий почерк.

Необходимость быстро пополнять книжные запасы, то и дело гибнущие во время междоусобных войн и нашествий, а также экономить пергамен и привозную бумагу (первая русская бумажная мельница основана в 1515 г.) вызвала к жизни новый стиль письма - полуустав, в котором буквы лепятся тесно, с наклоном. Для быстроты писцы делали многочисленные сокращения, обозначая их особыми значками (титло). Например, слово «господь» писалось «гдь», «человек» - «члк» и ставились титла (знаки сокращения). На поля выносились примечания, названия глав.

В XVII в. в московских приказах (канцеляриях) выработался сравнительно простой и общепонятный почерк - скоропись, который позже лег в основу гражданского шрифта. Однако в XVIII в. и даже в XIX в. продолжалась переписка церковных книг уставом и полууставом.

В конце страницы рукописной книги обычно писалось слово, с которого начинается следующая страница, оно называлось кустод (сторож). Титульных листов не существовало, а в конце книги переписчик от себя добавлял послесловие - колофон, который служил своеобразным указателем выходных данных. В колофонах сообщались сведения о заказчике, переплете, украшении книги, о цене ее.

Древнерусская рукописная книга создавалась как единое художественное целое, часто становясь истинным произведением декоративного искусства. Такую книгу отличает удивительная гармоничность всего графического строя, соразмерность заставок и инициалов почерку письма. Заставки, большие инициалы, заголовки, малые инициалы киноварью, элементы на нижнем поле органически входили в текст. Иллюстрации (миниатюры) изготовлялись живописцами, иконными мастерскими. Рукопись, украшенная миниатюрами, называлась лицевой.

Оформление русской средневековой книги, ее «рукописное убранство», в своем развитии прошло несколько этаповСм.: Ильина T.В. Декоративное оформление древнерусских книг: Новгород и Псков, XII-XV вв. Л., 1978.. В раннем периоде (до ХШ в.) оно связано с киевским прикладным искусством и прежде всего с искусством перегородчатой эмали и с монументальным искусством киевских мозаик, что перекликалось с византийской архитектоникой; тогда же в графике, стилистике изображения вырисовывается направление, идущее из знакомства Новгорода с романским Западом и выражающееся во все большем демократизме, упрощенности рисунка. В XIII-XIV вв. возникает вполне самостоятельный, в первую очередь новгородско-псковский стиль книжного убранства - плоскостное узорочье русского Севера или тератологическое узорочье (от греческого слова «тератос» - чудище). Элементы «плетения», «растения» и «живого существа» слились с ремнями сначала в инициалах, затем в заставках. В XV в. тератологический орнамент, наполненный "чудовищными" мотивами, уступил место новому, материалистическому в воспроизведении природы. Этот орнамент - смесь элементов западных и отечественных - подразделяется учеными на неовизантийский, балканский и фряжский.

Книга Древней Руси представляет собой типичное явление ремесленного производства феодальной эпохи - кропотливый ручной труд по заказу над единственным экземпляром. Однако процесс разделения труда усиливался. Часто один переписчик писал основной текст, а другой - вписывал красной киноварью заголовки или отдельные слова. Особый мастер делал заставки, инициалы и многие другие изобразительные элементыСм.: Словарь книжников и книжности древней Руси, XI - первая половина XIV в. Л., 1987; Вторая половина XIV-XVI в. Ч. 1. Л., 1988; Ч. 2. Л., 1989..

Ремесло, т.е. производство изделий по заказу потребителя современной исторической наукой рассматривается как первый этап в периодизации, основанной на формах сбыта и связей производителей с потребителями. Затем начинается постепенный переход отдельных мелких товаропроизводителей к производству на рынок, который сначала является архаичным и узким, но по мере расширения торговли и появления специалистов - торговцев-скупщиков - все более стимулирует развитие ремесла. На первом этапе торговля рукописными книгами неотделима от их производства, она рождается в сфере их написания (копирования).

Писцы по профессии известны с древнейших времен. Уже в житии Феодосия, написанном НесторНестором, рассказывается о том, что в обители был инок Иларион, который «бяше книгам хитръ писати, по вся дни и нощи в келий своея писаху...». Книги, вероятно, шли в продажу ради доходов монастыря.

Слово «торг» (древнерусское - търгъ) встречается впервые под 988 г. в Начальной русской летописи, а в современной форме (торговля) зафиксировано в "Хожении" Афанасия Никитина (XV в.). Появление городских торгов или рынков для сбыта служит доказательством начавшегося товарного производства в Древней Руси. Первоначально постоянный торг был лишь в крупных городах. Известно, что в Киеве в XI в. было несколько рынков. Городской рынок (торг, торговище, торжище) был такой же обязательной принадлежностью древнерусских городов, как их укрепления. Здесь вершились не только все торговые дела, но и собиралось вече, объявлялись княжеские распоряжения и т.д. В большинстве случаев торги располагались в непосредственной близости к церквам.

Традиционные источники (например, «Патерик» Киево-Печерской лавры) свидетельствуют о том, что книги являлись предметом купли-продажи на «торжищах». Однако по большей части это были случаи перепродажи давно изготовленных книг. Что же касается производства древнерусской рукописной книги в целом, оно, без сомнения, носило характер ремесленного изготовления на заказ. При этом в ходе развития ремесла (работа на ожидаемого заказчика) исторически неизбежен переход к товарному рыночному производству.

Факт торговли книгами засвидетельствован впервые в «Патерике» («Житие преподобного отца нашего Григория чудотворца»). Как водится в подобном произведении, бес-искуситель подослал к Григорию, «не имевшего ничегоже, кроме книг...», татей (воров). «Властелин града» схватил тех воров и «повелел мучити их». Григорий опечалился и «шед ко властелину, дарова ему некия книги своя; и татей свободи: иные же книги продаде, он раздаде цену убогим, сице рекъ: да не каку еще в беду впадет кто, хотя обокрасти мя», то есть, чтобы не было соблазна красть книги. Из дальнейшего текста следует, что вскоре после случившегося «блаженный» умер. Исследователи определяют дату кончины Григория 1120 г., следовательно, самое раннее упоминание о рыночной русской книжной торговле тоже надо отнести к этой дате.

Отечественной историографией давно уже доказана ценность агиографической литературы как исторического источника. Если, анализируя приведенный отрывок, отбросить обычные для житийного жанра «чудеса», то окажется, что книги в 1120 г. обладали рыночной стоимостью, привлекая «татей» возможностью их продать, что заставляет Григория сделать это самому. Видимо, торговля книгами в Киеве в начале XII в. была уже делом обычным. Все же в ранний период древнерусской книжности торговля в Киевской Руси еще не превратилась в развитую отрасль.

После освобождения от монгольского ига развивающиеся политические и экономические отношения крепнущего русского государства ускоряют переход отдельных мелких товаропроизводителей к производству на рынок. О соотношении рыночной книжной торговли и производства книг на заказ в Москве второй половины XV в. можно судить на основании любопытного исторического источника. Сохранилось письмо московского архитектора Василья Ермолина своему другу Якову, важному сановнику в Литовском великом княжестве (конец XV в.). В ответ на просьбу Якова купить для него несколько книг на московском рынке Ермолин отвечает, что таких книг в продаже нет, но можно их заказать скопировать «доброписцу».

В XV в. появляются большие церковные и княжеские мастерские по изготовлению книг, усложняющееся мастерство потребовало и специальных учебных пособий, которые известны под заглавиями: «Указ, как заставицы золотить», «А левкас на бумагу - клей овчинный...» или, наконец: «Се же ти ученье книжного письма», которое начинается наставлением, как надо торговаться при оплате: «От часовничного тетрати менши алтына не возми, потому в два дни тетрадь, скажи, едва написать. Масло и свечи горят и на чернило натягивай, на хлеб и на вологу (рыбу)...»К истории обихода книгописца, переплетчика и иконописного писца при книжном и иконном строении (Публ. П.К.Симони) //Памятники древней письменности. 1906. Вып. 161. С. 160..

Стремясь извлечь выгоду, монастыри привлекают в мастерские писцов по вольному найму, работают там и крепостные - «владычные ребята» (т.е. работники архиерея). Одна из надписей на полях гласит, что данная книга «живет в книжной палате и пишут с нее жития в денежную казну на продажу».

Товарное производство в XVI в. постепенно развивалось, отвечая возросшим потребностям государства в грамотных людях. На Стоглавом соборе 1551 г. было указано: «в царствующем граде Москве и по всем градом... у священников, у дьяконов и у дьячков учинити в домех училище, чтобы священники и дьяконы и все православные христиане в коемжде граде предавали им своих детей на учение грамоте и на учение книжного письма». Характерна сама постановка вопроса (обучение только у духовных лиц); домашними учителями выступали также и светские «мастера грамоты». За обучение полагалось «мастеру принести каша да гривна денег». Учебными пособиями долгое время оставались богослужебные книги. К концу XVI в. начали появляться первые рукописные учебники: «Беседа о учении грамоте, что есть грамота и что ея строение, и чего рада составися таковое учение, и что от нея приобретение, и что прежде всего учитися подобает», «Сказание граматичным степенем, до колика степеней азбучный слог доходит», «Книга, рекомая по-гречески Арифметика, а по-немецки Алгоризма, а по-русски цыфирная счетная мудрость».

Растущая потребность в знаниях влекла за собой и развитие «книжного списания» как товарного производства. Об этом свидетельствует, например, рассказ Сильвестр (поп)попа Сильвестра о внимании к бедным сиротам (в Домострое): он де их вскормил-вспоил и научил, «кто чего достоин: многих грамоте и писати и пети, иных иконного письма, иных книжного рукоделия».

Книги ценились дорого, хотя, конечно, цена их была очень разной в зависимости от величины, качества работы, украшений, материалов для письма (пергамен или, позже, бумага, чернила, краски)См.: Сапунов Б.В. Производство русской рукописной книги, ее цена и стоимость в XI-XII вв. //Кн.: Исслед. и материалы. 1975. Сб. 30. С. 92.. Пергамен всегда был дорог, но и бумага как привозной товар была, хотя и дешевле пергамена, но также сравнительно дорога. Раннее из известных упоминание стоимости книги находится в «Мстиславовом Евангелии»: «...Цену же евангелия сего един Богъ ведае». Еще одно свидетельство: «А книги на Руси так вздорожали, что имевший добротную книгу, мог выторговать за нее целый дом». Первое указание на конкретную цену книги относится ко второй половине XIII в. «Восемь гривен кун» заплатил князь Владимир Васильевич протопопице за молитвенник (маленькую книгу в 80 листов), который пожертвовал церкви св. Георгия. Здесь необходим сравнительный аналог: тот же князь примерно в то же время купил целое село за 50 гривен кун.

Самый ранний документ, регламентирующий книжную торговлю на Руси, содержится в «Стоглаве» 1551 г. Духовенству вменялось в обязанность наблюдать за копированием текстов переписчиками, а покупателям под страхом наказания запрещалось приобретать книги с искаженным текстом: «Такоже которые писцы по градом книги пишут, и вы бы им велели писать с добрых переводов, да написав правили потом же продавали а который писец, написав книгу, продает неисправив, и вы бы тем возбраняли с великим запрещением, а кто такую неисправленную книгу купит, потому же бы возбраняли им, чтобы впредь так не творили, а вперед только учнут тако творити продавцы и купцы (покупатели), и вы бы у них те книги имали (брали)». Показательно, что здесь уже о продаже и покупке книг говорится, как о занятии обычном и распространенном.

Почтительное отношение наших предков к книгам выразилось в обычае делать на них записи об обстоятельствах приобретения. Такие «владельческие надписи» дают исследователю ценный материал для датировки книг и изучения истории книжного дела. Например, запись на «Изборнике» 1623 г. рассказывает о том, как крестьяне заказали его в складчину для церкви: «Сию книгу... писал поп, Иван Шапкин Пунемец, а цену ему от письма склали христолюбцы Иван Семенов Патрик две гривны денег, Савва Зарецкой с Пунемы полполтины, Анна Тарасова жена Мартьянова полполтины, Никита Овдокимов дал бычка и того бычка продали, а взяли по нем осьмнадцать алтын и то деньги отдали тоеж за книгу...»Материалы для истории цен на книги в Древней Руси XVI-XVIII вв. /Собр. и обраб. В. Адрианова //Памятники древней письменности. 1912. Вып. 178. С. 82..

Анализ владельческих надписей XIV-XVII вв. показывает в процентах следующее распределение покупателей книг по социальным группам:

Таблица 1

Распределение покупателей книг по социальным группам в XIV-XVII вв. 

Феодалы (князь, окольничий, жилец)  12% 
Духовенство (поп, игумен, попадья)  40% 
Служилые (дьяк, подьячий, приказный)  9% 
Мещане (посадской, купец, торговый человек)  9% 
Крестьяне и холопы  30% 

Не должна удивлять сравнительно большая группа крепостных. Содержание церквей ложилось целиком на плечи «податного сословия». Крестьяне были обязаны не только строить церкви, но и приобретать за свой счет иконы, утварь, книги.

Существование в Древней Руси торга (торговища) предполагает наличие каких-то специальных сооружений для торговли. Некоторое, очень смутное, представление о состоянии торгового оборудования дают проведенные раскопки в Дмитрове. В культурном слое XII-XIII вв. здесь была найдена «лавка-помост на сваях». Из летописей и других источников известно, что при церквах и монастырях существовали «книгохранительницы», книги помещались «на полатях», на хорах. Особо ценные книги хранились у монастырских властей «в казне», т.е. в кладовой, вместе с другими ценными вещами и не выдавались в кельи монахам. В XVII в. «книгохранительная казна» - это специальное помещение, где хранятся и продаются монастырские книги.

В XV-XVI вв. в Москве книгами торговали возле Красной площади на «Торжище» в рядах иконном, бумажном, овощном. Судя по владельческим надписям, в иконном ряду продавали книги монастыри и церкви, тем охотнее, что торговая пошлина с них не взималась, оставлялась «на свечи, на церковное строение». В бумажном ряду продавали книги переплетчики и перекупщики бумаги. В овощном же, вероятнее всего, продавали книги так называемые жильцы - дворяне, служившие в войске и получавшие за это во временное владение поместья. Жильцы кормились огородничеством и, будучи людьми, обученными грамоте, прирабатывали перепиской книг.

Уже в послесловии к первому печатном; "Апостолу" (1564) Федоров И.Ивана Федорова появляется указание на "торжище" как место, где можно было найти и купить книги: "И тако благоверный царь и великий князь Иван Васильевичъ всея Руси повеле святыя книги на торжищих куповати...". С увеличением производства книг, а особенно после введения книгопечатания, книга вышла на рынок и окончательно стала товаром.

© Центр дистанционного образования МГУП