Московский государственный университет печати

Пронин В.А., Толкачев С.П.


         

Современный литературный процесс за рубежом

Учебное пособие


Пронин В.А., Толкачев С.П.
Современный литературный процесс за рубежом
Начало
Печатный оригинал
Об электронном издании
Оглавление
•  

Немецкая история в настоящем времени

•  

Модель мира в творчестве австрийских писателей

•  

Вариативность личности в прозе и драматургии швейцарских писателей

•  

Постэкзистенциалистский французский роман

•  

Английская литература в поисках нового герой

•  

Американская литература: элитарная и массовая

•  

Магический реализм латиноамериканского романа

•  

Философская притча в японской прозе

•  

Заключение

•  

Учебно-методические материалы по дисциплине

•  

Тексты

•  

Учебная и методическая литература

•  

Темы рефератов

Указатели
879  именной указатель
95  предметный указатель

Вариативность личности в прозе и драматургии швейцарских писателей

Швейцарская конфедерация возникла более семисот лет назад, в 1291 году, когда три кантона - Ури, Унтервальден и Швиц, давший впоследствии название всей стране, - заключили союз, присягнув на верность. Легенда связывает возникновение союза с народным героем Телль В.Вильгельмом Теллем, выступившим против порабощения свободных крестьян австрийской знатью. Маленькая страна, население которой не достигает и семи миллионов, героически защищала на протяжении многих столетий свою независимость. Швейцарской республике удалось сохранить нейтралитет в годы Второй мировой войны.

В Швейцарии говорят на четырех языках: немецком, французском, итальянском и ретороманском. Соответственно, и литература создается на этих языках, причем каждая ветвь швейцарской литературы заметно тяготеет к литературе той страны, где говорят на соответствующем языке. Однако в ХХ в. наиболее значительной признана швейцарская литература на немецком языке. Тому есть свои причины. Крупнейшие немецкие писатели охотно посещали Швейцарию. Там дважды побывал Гете И.В.Гете, там искал убежище Клейст Г. фон.Генрих фон Клейст в середине XX в., там подолгу жили Манн Т.Томас Манн, Гессе Г.Герман Гессе, Брехт Б.Бертольт Брехт, которые сформировали литературную среду. В свою очередь и швейцарские писатели XIX в. завоевали признание немецкого читателя. Это относится к Готфриду Келлеру (1819-1890), автору широко известного реалистического романа Келлер Г. «Зеленый Генрих»«Зеленый Генрих», и к Конраду Фердинанду Мейеру (1825-1898), чей исторический роман Мейер К.Ф. «Юрг Енач»«Юрг Енач» запечатлел борьбу католиков и протестантов в XVII в., в которой спасителем отечества, примирившим антагонистов, становится Юрг Енач, признанный в Швейцарии национальным героем.

Немецкоязычная швейцарская классика стала той почвой, на которой возникла послевоенная литература этой страны, завоевавшая признание во всем мире.

У современной швейцарской литературы два главных лица, разных и в то же время схожих: Фриш М.Макс Фриш и Дюрренматт Ф.Фридрих Дюрренматт. Кто из них значительнее и оригинальнее, можно спорить, но все другие писатели Швейцарии всего лишь рядовые участники литературного процесса в сравнении с двумя общепризнанными классиками.

М. Фриш и Ф. Дюрренматт - публицисты, драматурги и романисты, склонные к иронии, скепсису и сатире. Они не столько воспроизводят реальность, сколько моделируют ее. Вследствие этого маленькая Швейцария воспринимается читателями как модель большого европейского дома.

Фриш М.Макс Фриш (1911-1991). В 1924 г. он поступил в реальную гимназию в Цюрихе. В 1931 г. начал изучать германистику в Цюрихском университете; сотрудничал в газетах. В 1932 г. умер его отец Фриш Ф.Б.Франц Бруно Фриш, по профессии архитектор. Будущему писателю пришлось прервать занятия в университете, он стал зарабатывать на жизнь журналистикой. В 1933 г. Фриш совершил первое заграничное путешествие, посетив Прагу, Будапешт, Белград, Стамбул, Афины, Рим. В 1935 г. впервые побывал в Германии. Ранние литературные опыты - романы Фриш М. «Юрг Райнгарт»«Юрг Райнгарт» (1934) и Фриш М. «Ответ из тишины»«Ответ из тишины» (1937) - были отмечены литературной премией имени Конрада Фердинанда Мейера (1938). В 1936 г. Фриш начал изучать архитектуру в Высшей технической школе в Цюрихе, в 1941 г. получил диплом архитектора, затем работал в архитектурном бюро до 1955 г. С 1939 по 1945 г. периодически призывался на военную службу. Впечатления от службы на швейцарской границе дали материал для публицистической книги Фриш М. «Листки из вещевого мешка»«Листки из вещевого мешка» (1940), в которой он размышлял об отношении нейтральной Швейцарии к фашистской Германии, о начавшейся Второй мировой войне и о воздействии политических событий на сознание рядового человека. В первые послевоенные годы Фриш увлечен театром, большое влияние на будущего драматурга оказали встречи в Цюрихе с Брехт Б.Бертольтом Брехтом (1948-1949).

Пьесы Фриш М. «Опять они поют»«Опять они поют» (1945), Фриш М. «Граф Эдерланд»«Граф Эдерланд» (1951), Фриш М. «Дон Жуан, или Любовь к геометрии»«Дон Жуан, или Любовь к геометрии» (1953), Фриш М. «Бидерман и поджигатели»«Бидерман и поджигатели» (1958), Фриш М. «Андорра»«Андорра» (1961) снискали Фришу широкую известность, будучи переведенными на многие языки и поставленными на сценах всего мира, в том числе ряд постановок был осуществлен и в нашей стране.

Первая послевоенная пьеса «Опять они поют» - реквием по погибшим и предостережение об опасности нового насилия над человечеством. Драматичные по своей проблематике, но решенные нередко трагикомическими средствами, философские пьесы-притчи Фриша рассматривали актуальные проблемы недавнего исторического прошлого, пережитого европейскими народами, с нейтральной - швейцарской - точки зрения. Драматург воссоздавал злободневные события, придавая им некий универсальный общечеловеческий смысл.

Фриша-драматурга занимают метаморфозы сознания и непредсказуемые поступки персонажей. Герой пьесы Фриш М. «Граф Эдерланд»«Граф Эдерланд», исправно выполняя обязанности прокурора, неожиданно совершает такой же поступок, что и обвиняемый: он убивает топором человека, к которому не испытывает никакой ненависти. Он действует, подчиняясь агрессивному импульсу, а затем уже вполне обдуманно становится предводителем разбойничьей шайки. В этой маловероятной экспериментальной ситуации просматриваются два аспекта. Первый - пустота, выхолощенность внутреннего мира героя, который привык существовать функционально и просто-напросто поменял в своем статусе плюс на минус. Второй аспект этой послевоенной пьесы Фриша связан с напряженными раздумьями над трагическим опытом человечества, поддавшегося фашистским политическим и психологическим установкам. Фриш задается в пьесе вопросом, как нормальный человек превращается в убийцу и палача. Ответа в пьесе нет, но Фриш ставит целью заставить задуматься, а не предлагает готовые решения.

Обратившись к сюжету о Фриш М. «Дон Жуан, или Любовь к геометрии»Дон Жуане, Фриш наделил героя несвойственной для него страстью - любовью к геометрии. Комментируя комедию, автор подчеркнул: «Живи он в наши дни, Дон Жуан (каким я его себе мыслил) занимался бы, скорее всего, ядерной физикой, чтобы познать истину». Севильский соблазнитель предстает в ипостаси современного интеллектуала, который жаждет обрести логическую ясность и точность. Он по натуре своей трезв и не дает воли эмоциям. Геометрия олицетворяет в контексте пьесы конкретное позитивное знание. Ему импонируют точные науки, так как в них нет лжи и лицемерия, которые свойственны человеческим взаимоотношениям. Пьеса явилась своеобразной критикой всеобщего увлечения послевоенного поколения физикой, математикой и прочими конкретными науками, выражающимися в формулах. Но у Фриша формула приходит в столкновение с Мифмифом.

Новоявленный фришевский Дон Жуан не волен игнорировать легенду, на всемирном карнавале у него четкое амплуа покорителя женских сердец. Рационалист побежден натиском исконных человеческих страстей.

Жанр пьесы Фриш М. «Бидерман и поджигатели»«Бидерман и поджигатели» автор обозначил как «назидательная пьеса без морали». Однако в этой сатирической комедии присутствуют и назидательность, и мораль. Обыватель Бидерман пускает в дом террористов, которые таскают в дом канистры с бензином. Они грозят спалить весь город и в первую очередь дом своего хозяина. Но Бидерман ни в чем не перечит непрошеным постояльцам, он сам дает им в руки спички. Напрасно хор пожарных, пародирующий хоры в античных трагедиях, предупреждает конформиста об опасности, страх парализует его волю к сопротивлению. Он внушает себе, что беда его не коснется, и конечно же становится их первой жертвой. В пьесе отразились раздумья Фриша о том, как случилось, что фашизм подчинил своей диктатуре обывателей. Но есть в пьесе и второй план. Фриш пытается разобраться, почему обыватель не в состоянии возвыситься над той социальной ролью, которую навязало ему общество.

В пьесе-притче Фриш М. «Андорра»«Андорра» действие происходит в вымышленной стране, название которой вынесено в заголовок. В1946 г. появился набросок сюжета пьесы, который дорабатывался вплоть до 1961 г. Фриш записал тогда в дневнике: «Жил в Андорре один человек, которого считали евреем. Можно было бы рассказать историю его происхождения, его жизни среди андорян, о том, как его везде встречали с уже заранее созданным о нем представлением...»

Герой пьесы - мальчик Андри - действительно ощущает себя отверженным, ибо так к нему относятся все чистокровные жители Андорры. На самом деле он не еврей, но национальность ему навязана, и он свыкся с нею. Он добровольно принимает на себя роль жертвы. Общество, с точки зрения Фриша, дважды виновно перед Андри: оно сделало его изгоем и погубило его. Гибель Андри в финале - это обвинение расизму, в какие бы формы он ни облекался.

Сюжеты романов Фриша сходны в одном: они построены на поисках пути героя к самому себе; он жаждет обрести свое истинное «я» - спрятанное, утраченное или искаженное. Романист исходит из того, что существование человека многовариантно, каждый вправе выбирать себе профессию, близких людей, по-разному строить свои отношения с обществом. Герои романов заново выстраивают биографию или пересматривают ее. Существенную роль в этой связи играет отречение от собственного имени или, напротив, выбор наиболее подходящего. На духовное формирование Фриша известное воздействие оказал датский философ Кьеркегор С.С. Кьеркегор, который подчеркивал, что каждая личность уникальна и долг человека - максимально сосредоточиться на самом себе. «Не познай себя, а выбери себя», - наставлял С. Кьеркегор. Нелюбовь к обычным именам связана с тем, что таким путем человек с рождения ставится во всеобщий ряд, тогда как достаточно простого «я». Фришу эта мысль представлялась плодотворной, потому что она внушала ответственность перед самим собой, заставляла человека активнее реализовывать свое предназначение.

В романе Фриш М. «Штиллер»«Штиллер» (1954) тюремные записки знаменитого скульптора начинаются с заклинающего выкрика: «Я не Штиллер!». Запутавшийся в отношениях с женщинами, переживший творческий кризис, разочарованный в политике, Штиллер совершает бегство в Америку и проводит там шесть лет. Это была попытка начать жить заново, но осуществилась ли она? Читатель об этом может только догадываться, потому что авантюрные похождения, о которых Штиллер словоохотливо поведал надзирателю, заведомо вымысел. Для Фриша характерно смешение мира реального и воображаемого, поскольку его герои постоянно фантазируют, придумывая себе новые повороты судьбы. Попытка Штиллера занять иную жизненную нишу провалилась, он вынужден вернуться на круги своя.

Заголовок романа Фриш М. «Homo Фабер»«Homo Фабер» (1957) имеет двойной смысл. Это и человек по фамилии Фабер, и человек производящий, что и означает его фамилия. Преуспевающий инженер, швейцарец, живет в США, работает в ЮНЕСКО. У него есть все основания быть довольным собой, так как он преуспел в жизни. Он технократ, один из тех, кто творил техническую революцию, а теперь пользуется всеми ее достижениями. Фабула проста. В Греции пятидесятилетний Фабер испытывает непреодолимое влечение к юной Сабет, которая оказалась его дочерью. Когда-то Фабер оставил свою возлюбленную Ганну, теперь в образе дочери возвращается прошлое и его настигает возмездие. Гибель Сабет, роковая болезнь самого Фабера разрушают его устоявшиеся представления о собственной личности. Его неуязвимость оказалась фикцией. Он не использовал свое право на счастье; предавая близких, он предал самого себя.

Наиболее значителен роман Фриша Фриш М. «Назову себя Гантенбайн»«Назову себя Гантенбайн» (1964). Читатель привык в традиционной реалистической литературе иметь дело с более или менее устойчивым образом-характером. У Фриша же в одну оболочку образа запрятано несколько лиц-масок, меняющихся попеременно и крайне неожиданно. Чередуются биографии и поступки, профессия и возраст. Как хитроумный оборотень, возникает Гантенбайн, трансформирующийся в соседнем абзаце в своего двойника Эндерлина, а затем возникает один двойник - чех по имени Свобода.

Читая роман, приходится угадывать, кто есть кто, кому принадлежит мысль и поступок, следить за отливами и приливами причудливой фабулы. Автор этим создает ощущение присутствия в момент создания его романа.

Ключ, открывающий структуру книги, содержится во фразе: «Я примеряю истории, как одежду!» Вспоминается название новеллы швейцарского классика Готфрида Келлера, весьма почитаемого Фришем, Келлер Г. «Платья делают людей»«Платья делают людей». Пропуская персонажей сквозь всевозможные истории и ситуации, автор создает бесчисленные варианты психологического и социального поведения людей. Единственное полноправно действующее лицо - рассказчик. Все остальные персонажи - производные от фантазии рассказчика. Это он, очевидно, переживает страстное лирическое приключение. Он решает утром, что встреча должна остаться единственной. Пусть единожды пережитая вспышка чувств окажется краткой небанальной новеллой.

Герой Фриша твердо решает ради сентиментальной сиюминутности отказаться от будущего. Страсть неповторима, как уникальна личность. В этих рассуждениях вновь возникает тень Кьеркегор С.Кьеркегора, считавшего, что привычка профанирует любовь, губит чувство. Герои Фриша и в Фриш М. «Назову себя Гантенбайн»«Назову себя Гантенбайн», и в Фриш М. «Штиллер»«Штиллере» испытывают маниакальный страх перед семейным укладом, общими знакомыми, социальным статусом. Житейский ритм обязывает признать себя молекулярной частицей массового общества, стирающего индивидуальные различия, вынуждающего человека следовать общепринятым нормам.

Фриш нападал на современное буржуазное общество за то, что все в нем «репродуцируется», т. е. сложилась система уподоблений и подражаний, жизнь сделалась нормативной, существует несколько разрекламированных изначальных образцов, с которых производятся массовые оттиски. Потому он и не позволяет себе использовать пространный целостный сюжет, связанный с частными личностными судьбами, а создает именно такие суммарные модели.

Героиня романа Лили - актриса, постоянно меняющая свои амплуа на сцене и в жизни. Дабы не видеть и не знать лишнего, Гантенбайн изображает слепого, но шутка затягивается, и слепота остается единственным доступным ему способом существования. Чем ближе к финалу, тем больше поступки Гантенбайна напоминают поведение Бидермана, который был слепо доверчив.

Второй двойник рассказчика, чью биографию он примеряет, - доктор философии Феликс Эндерлин, - в романе на вторых ролях, ровно год он живет в ожидании смерти, которая ему якобы неизбежно угрожает. Подобная ситуация носит хрестоматийно экзистенциалистский характер: человек живет в ожидании смерти и наперекор смерти. Эндерлин держится молодцом, он хранит свою тайну, обретает мужественное спокойствие, живет деловито и празднично, будто предсказание ему и неизвестно. Все это вызывает симпатию к Эндерлину. Только когда год страшного ожидания прошел, он ликует. Но далее Эндерлину делается грустно, что предстоит стареть, вновь обретенная жизнь кажется бессмысленной. Эндерлин, живущий выжидательно, воплощает в повествовании развитый интеллект, все познавший, вкусивший и оттого разочаровавшийся.

Третий персонаж, которого представляет рассказчик, - чех Свобода - играет в этой драме сострадательную роль отвергнутого мужа. В романе просмотрены все варианты его поведения. Он может обрушивать потоки жалостных слов и оставаться великодушно молчаливым, а может в припадке гнева схватить армейскую винтовку. Свобода не выбирает ни один вариант и ни от чего не отказывается, ибо все существует только в проекциях рассказчика. Кроме того, все эти случаи уже бесконечно много раз происходили в жизни и описывались в книгах. Знание того, что все это уже было, парализует волю Свободы: он не в состоянии вести себя без оглядки на прошлое. Фриш М.Фриш, рассматривая поступки воображаемых персонажей, повторяет свою мысль о том, что западному человеку, перегруженному всевозможной информацией и предрассудками, традициями и опытом, психоанализом и модой, невозможно сохранить органику собственной натуры, выбрать себя, повинуясь только эмоциям и уму.

В конце 60-х - начале 70-х гг. творчество швейцарца Фриша завоевало мировое признание. Он - почетный доктор Нью-йоркского и Чикагского университетов, лауреат Шиллеровской премии, премии города Иерусалима, премии немецких издателей. Фриш много путешествовал. В 1966 г. он побывал в Москве, плавал по Волге. Интерес к стране, в которой были изданы его произведения, был вполне доброжелательным. В 1986 г. Фриш приезжал в нашу страну во второй раз.

На протяжении всего творческого пути Фриш вел и публиковал дневники, которые стали комментарием к его художественному творчеству. Дневниковый характер носит и одна из последних повестей Фриша - Фриш М. «Монток»«Монток» (1975). Действие повести сосредоточено на одном дне из жизни писателя- 11 мая 1974 г. Он провел этот день в курортном поселке Монток на Лонг-Айленде, в 110 милях от Манхэттена, с американской журналисткой, которая не читала его книг, но относилась к нему с симпатией. Ни к чему не обязывающие отношения с Линн заставляют автора вспомнить тех женщин, которые оставили след в его судьбе: Кете, послужившую прототипом Ганны в романе Фриш М. «Homo Фабер»«Homo Фабер», Марианну, его первую жену, мать его детей. Много места в повести уделено воспоминаниям о талантливой австрийской писательнице Бахман И.Ингеборг Бахман, жизненный союз с которой оказался тоже непрочным. Фриш склонен винить себя за непостоянство, он судит свое прошлое столь же строго, как и его герои. Повесть фрагментарна, воспоминания о далеком и недавнем прошлом перемежаются, а впечатления от Америки не затеняют устойчивый, сложившийся образ того дома, в котором он жил в юности.

Последняя повесть Фриша Фриш М. «Человек появляется в эпоху голоцена«Человек появляется в эпоху голоцена» (1979) во многом противоположна предыдущей. Если в «Монтоке» ее пространство безгранично раздвинуто, то во второй повести пространство предельно сужено. Если в первой повести герой интуитивно стремится продлить молодость, то предметом пристального рассмотрения во второй становится старость. Бывший глава промышленной фирмы, 73-летний Гайзер живет изолированно в загородном доме, который разрушается от ветхости. Непогода размыла дороги, выключено электричество, на исходе продукты. Человек в этой ситуации крайне одинок. Но мысли старика раздвигают замкнутое пространство, в контекст повести включаются полюбившиеся старику цитаты из Библии, из мифов и научных трудов о происхождении жизни на Земле. Так в повесть, входит мысль о величайшей ценности отдельной человеческой жизни, ибо человек - неотъемлемая часть человечества.

Творчество Макса Фриша широко известно в нашей стране. Его прозаические произведения публиковались в журнале «Иностранная литература», журнал«Иностранная литература» и выходили отдельными изданиями. Пьесы ставились на различных сценах, особенно часто в Театре Сатиры, где Дон Жуана, отдавшего всю страсть пресловутой геометрии, блестяще играл Миронов А.А.Андрей Миронов.

Дюрренматт Ф.Фридрих Дюрренматт (1921-1990). Справедливости ради следует признать, что Дюрренматт стал известен у нас раньше старшего по возрасту Фриша. «Виновата» в том сатирическая комедия Дюрренматт Ф. «Визит старой дамы»«Визит старой дамы» (1956), которая обошла все страны мира, не миновав российскую. При этом дама помолодела, по просьбе актрис эпитет «старая» пришлось убрать.

Дюрренматт не раз цитировал поговорку: «Приятно родиться в Швейцарии. Приятно в Швейцарии умереть». Но при этом он неизменно добавлял: «Но что прикажете делать в промежутке?» В перерыве он успел очень многое, его собрание сочинений составляет тридцать томов, куда входят романы, пьесы, эссе и путевые очерки, - Дюрренматт много путешествовал, не раз посещал он и нашу страну.

Он родился в протестантской семье, отец служил пастором в деревне Конольфинген. Дюрренматт часто вспоминал о своем детстве, неизменно подчеркивая, что от рождения был лишен ощущения свободы. Сверстники дразнили пасторского сыночка, взрослые прихожане недоумевали, если он хоть малость отступал от заповедей. Он нес на себе груз без вины виноватого, от которого не скоро освободился. Будущий писатель увлекался астрономией, историей, позже живописью. Он очень хорошо знал мифологию и частенько использовал мифы в своих произведениях, придавая тем самым максимально обобщенный характер сюжетам. Лабиринт станет знаковым образом в ряде его произведений. Семья переехала в Берн, архитектурные аркады напоминали ему обитель Минотавра. Дюрренматт изучал в Бернском и Цюрихском университетах теологию, философию и естественные науки.

Писать он начал рано, первая пьеса Дюрренматт Ф. «Ибо в писании сказано...»«Ибо в писании сказано...» была написана сразу после войны. Хотя речь в ней шла о религиозной борьбе в XVII в. католиков и протестантов, сюжет проецировался в современность, так как писатель ставил в ней вопрос: имеет ли право личность в условиях острой политической борьбы сохранять нейтралитет? Драматург декларировал свое кредо словами: «Если человек осознает себя человеком, он может возвыситься над лабиринтом».

Резко критикуя капитализм, он тем не менее неизменно подчеркивал, что западное общество обеспечивает личности свободу, тогда как социалистический строй лишь обещает справедливость. Впервые он побывал в нашей стране в пору хрущевской оттепели. Дюрренматт тогда проницательно заметил: «Сегодня в Советском Союзе редко встретишь того, кто несет перед собой знамя марксизма. Вообще-то, это происходит только на съездах. И на этих съездах каждый говорит одно и то же, а слушатели в основном читают детективы или газеты».

Его отношение к России и к русским всегда было неизменно доброжелательным, а шутки бывалого путешественника незлобивы: «Путешествовать по России слишком утомительно, а трезвеннику вообще противопоказано. У этих русских нет кадиллаков, но праздники справлять они умеют. У них через день большой праздник, на который приходят совершенно незнакомые люди». И еще: «Русский человек обладает большим умением жить. Он не позволяет себя задавить. Свою систему он постепенно очеловечивает».

Эти наблюдения он почерпнул из встреч с писателями, переводчиками, актерами, которые играли в его пьесах. Особенно ему понравился спектакль «Визит дамы» в Театре на Малой Бронной, правда, он не преминул удивиться, что никаких гонораров ему не заплатили, да и согласия на постановку никто не спрашивал.

Эта трагическая комедия сделала писателя всемирно известным, заставила о нем говорить и спорить.

Дюрренматт признан талантливейшим продолжателем брехтовского направления в драматургии. От великого немецкого реформатора сцены Дюрренматт воспринял интерес к проблемам идеологии и морали, пристрастие к условной театральной форме.

У западных критиков вошло в обиход определение «неудобный» Дюрренматт. Действительно, он причиняет читателю и зрителю множество «неудобств», причем делает это сознательно, преднамеренно, ради идеи. Дюрренматт любит шокировать зрителя рискованными ситуациями и экстравагантным поведением персонажей. Так, в Дюрренматт Ф. «Визит старой дамы»«Визите старой дамы» престарелая миллиардерша не прочь пожертвовать на нужды заштатного городка весьма солидный куш в обмен на голову своего бывшего возлюбленного. А в комедии Дюрренматт Ф. «Ромул Великий»«Ромул Великий» (1957) последний римский император представлен не государственным мужем и полководцем, а всего-навсего... ревностным куроводом.

Какова цель подобных коллизий? Драматург стремится возбудить заторможенное стандартизованное сознание, путем парадоксов подвести к вполне логичным выводам, к примеру, об относительной ценности человеческой жизни в мире коммерции. На первый взгляд пьесы Дюрренматта фантастичны, но гротескные ситуации выстроены им на почве социальных законов. Он пытается писать смешно о трагическом, отсюда и его излюбленный жанр - трагикомедия.

Дюрренматт Ф.Дюрренматт считает: в современном мире нет подлинных героев, а значит, и невозможна чистая трагедия. Вот один из его парадоксов: «Последним подлинным героем был Наполеон». Буржуазная бюрократия ограничивает личность, подчиняя ее заданной системе, посему оригинальные сильные характеры немыслимы. Кстати, еще одно «неудобство»: в пьесах по сути вообще нет характеров, есть только ситуации и логика странных поступков. Сущность трагикомедий Дюрренматта, пожалуй, в том, что драматизм века вызывает у него сатирическую насмешку. Швейцарский драматург, по-видимому, считает для себя недопустимым обличение пороков «благополучной» системы в тонах патетических.

Разговор о современности приобретает у него также не совсем обычные формы. Он зачастую предпочитает извлекать аргументы из истории. Дюрренматт сам как-то сказал о своих произведениях, что они «с одной стороны, музей, с другой - поле для экспериментов». Он охотно ведет рассказ о временах стародавних, но с участниками исторического действа обращается весьма вольно, хрестоматийные факты переиначивает.

В пьесе Дюрренматт Ф. «Геркулес и Авгиевы конюшни»«Геркулес и Авгиевы конюшни» знаменитый герой не в состоянии выполнить свою легендарную миссию, так как жители Эллады чересчур срослись со своим «мифическим компостом» и потому на пути к деянию выстраивают целую стену бюрократических формальностей. Дюрренматт не склонен высказываться впрямую, он действует аллегориями, ассоциациями, прозрачными намеками.

В своих откровенно псевдоисторических трагикомедиях он как бы театрализует историю, прошедшие эпохи представляет чем-то вроде исторического маскарада. Этот прием более обнажен автором в его современной драме Дюрренматт Ф. «Физики»«Физики» (1962), где ученые-атомщики наших дней натягивают на головы парики своих великих предшественников. Напуганные пагубными последствиями своих открытий, они играют в безумие, а далее - характерный дюрренматтовский парадокс - их лечащий врач оказывается шпионкой высокого калибра и сумасшедшей.

В конфликтах пьес Дюрренматта редко присутствуют позитивные силы, которым бы автор сочувствовал и сострадал. Если попытаться найти положительного героя трагикомедий, то им окажется скорее всего не персонаж, а сама авторская идея, подвергающая ревизии все законы, установки и нормы современной цивилизации. Дюрренматт - один из самых нелицеприятных судий буржуазного миропорядка, хотя он не выносит ни окончательных приговоров, ни итоговых решений.

В свое время Тургенев И.С.Тургенев четко выразил антитезу двух способ мышления: «Дон Кихоты находят - Гамлеты разрабатывают». Фридрих Дюрренматт, безусловно, из породы разрабатывающих. Комментируя своих «Физиков», он заявил: «То, что касается всех, могут решить только все вместе. Любая попытка отдельного человека решить для себя то, что касается всех, неизбежно кончается неудачей».

Фридрих Дюрренматт - признанный мастер детективного жанра. Его криминальные романы Дюрренматт Ф. «Судья и его палач»«Судья и его палач» (1951), Дюрренматт Ф. «Авария»«Авария» (1956), Дюрренматт Ф. «Обещание»«Обещание» (1958) переведены на многие языки и экранизированы. Писатель умеет занимательно выстроить повествование, дознание проводится строго логически, итог непредсказуем. Дюрренматт строго соблюдает законы детективного жанра, интрига позволяет ему провести зондирование личности, найти червоточинку, а затем и забытое преступление. В романе «Авария» заурядный бизнесмен готов выступить перед судебным синклитом в роли обвиняемого. Поначалу он впрямь неуязвим. Однако повторяется кафкианская ситуация: процесс пошел, стало быть, вина будет доказана. Но то, что у Кафка Ф.Ф. Кафки было абсолютно серьезным, то у Дюрренматта только остроумная игра, своего рода любительский спектакль с хэппи-эндом. На примере детективов Дюрренматта видно, как «Массовая литература»массовая литература интегрирует элитарное мышление, упрощает ситуацию, превращает притчу в анекдот.

Макс Фриш и Фридрих Дюрренматт ушли из жизни почти одновременно, десять лет тому назад.

Вакантное место первого швейцарского писателя все еще остается незанятым.

© Центр дистанционного образования МГУП