Московский государственный университет печати

Пронин В.А.


         

Искусство и литература

Учебное пособие для специальности 350700 - Реклама


Пронин В.А.
Искусство и литература
Начало
Об электронном издании
Оглавление
•  

Древний Египет: путь к бессмертию

•  

Античность: греческая архаика и классика, эллинизм, шедевры древнего Рима

•  

Средневековье: романский стиль и готика, героический эпос и рыцарский роман, Данте и Джотто

•  

Эпоха Возрождения: генезис гуманизма, титаны Ренессанса, Шекспир и Сервантес

•  

XVII век: классицизм и барокко, Рембрандт и Рубенс

•  

XVII век: эпоха Просвещения, Гойя и Гете

•  

XIX век: романтизм, критический реализм, декаданс, импрессионизм

•  

XX век: реализм, модернизм, постмодернизм

•  

Литература

•  

Контрольные вопросы и задания для самостоятельной работы

•  

Темы рефератов

Указатели
362  именной указатель
99  предметный указатель
257  указатель иллюстраций
82  указатель названий

Средневековье: романский стиль и готика, героический эпос и рыцарский роман, Данте и Джотто

Средние века - длительный период всемирной истории, простирающейся с конца V в. до XV в., соединяющий античность с эпохой Возрождения. Началом средневековой истории условно принято считать 476 г., когда произвело окончательное падение Римской империи в результате многочисленных восстаний рабов и выступлений плебса, а также под натиском варварских племен, вторгшихся о севера на Апеннинский полуостров. Завершением средневековья стал Ренессанс античной культуры, начавшийся в Италии с середины XIV в., а во Франции - с начала XVI в., в Испании и Англии - с конца того же столетия. Средневековье характеризовалось господством христианской религии, аскетизмом, разрушением античных памятников, забвением гуманистических идей во имя религиозной догмы. С конца IV в. христианство становится государственной религией сперва в Риме, а затем и в возникающих варварских государствах, ибо предводители германцев, франков, кельтов вскоре осознали, что идеи монотеизма способствуют возвышению их авторитета среди соплеменников. Усвоив и переработав латынь, они восприняли крещение и догматы церкви.

Французский историк Гофф Ж. (де)Жак ле Гофф так характеризует ментальность средневекового человека: «Конечно, и в раннее средневековье непосредственной целью человеческой жизни и борьбы была земная жизнь, земная власть. Однако ценности, во имя которых люди тогда жили и сражались, были ценностями сверхъестественными - Бог, град Божий, рай, вечность, пренебрежение суетным миром и т.д. (характерен пример Иова - человека, сраженного по воле Бога). Культурные, идеологические, экзистенциальные помыслы людей были устремлены к небесам»Жак ле Гофф. С небес на землю. - М., 1991. - С. 29..

Мирскою жизнью пренебрегали во имя вечного блаженства в потустороннем мире. Однако природа человеческая постепенно брала своё. Если в раннюю пору средневековья тело презиралось, а плотское начало полагалось смирить и обуздать, то постепенно телесная оболочка священнослужителями признавалась обиталищем одухотворённого существа, а за красотой тела подразумевалась красота души.

Не был забыт и разум. В средние века было сделано немало открытий и изобретений, среди них порох, спирт, конская упряжь, очки, женская и мужская одежда, сохранившая по сю пору основные конструктивные элементы. Одежда кроится по фигуре, тесно облегает её, соответствует линиям тела. Появляются такие детали одежды, как лиф, рукава, юбка и брюки, капюшоны, перчатки, сапоги.

Важную роль в изучении свойств металлов сыграла Алхимияалхимия, увлечение которой пришло в Европу вместе с арабами в начале IX в. Алхимики пытались прибавлением особого вещества, которое они называли философским камнем, обратить неблагородные металлы в благородные. Вместе с тем этот философский камень, называемый также великим эликсиром, магистериумом, жизненной панацеей, должен был воздействовать на человеческий организм как универсальное лекарство, избавляя человека от всех болезней и возвращая организму молодость, Кто находил философский камень, тот считался адептом. Однако никому из алхимиков в действительности обратить неблагородные металлы в золото не удалось. Но алхимия явилась своего рода предшественницей химической науки.

Всеобщее увлечение Астрологияастрологией, столь характерное для средневековья, способствовало развитию астрономии. Пытаясь предсказать судьбу человека или наступление социальных бедствий по движению планет, астрологи расположили планеты в 12 частях зодиака, что в дальнейшем помогло составлению небесного глобуса.

Наконец, именно в средние века возникли литературные жанры, существующие и поныне: Романроман, Сонетсонет, Балладабаллада, Мадригалмадригал, Канцонаканцона и другие.

На исходе средневековья произошли великие географические открытия и было изобретено книгопечатание, возродились города и были открыты университеты.

Средневековье в историческом процессе до недавнего времени трактовалось как упадок в искусстве и литературе, - сейчас этот взгляд представляется устаревшим. В средние века словесные и пластические искусства имели свою специфическую особенность - анонимность. В большинстве случаев невозможно назвать автора произведений. Они создавались коллективным народным гением, как правило, на протяжении длительного времени, зачастую в течение нескольких столетий, талантом и подвижничеством многих поколений. Другой характерной чертой средневековых литературных памятников явилось наличие так называемых «бродячих сюжетов», в силу того, что эпические песни распространялись изустно, они получили признание у разных народов, населявших Европу, но каждый народ вносил в рассказы о подвигах героев оригинальные подробности, по-своему истолковывал героический и нравственный идеал.

Ведущим жанром средневековой литературы были Эпическая поэмаэпические поэмы, возникшие на заключительном этапе формирования наций и объединения их в государства под эгидой короля. Средневековая литература любого народа уходит своими корнями в глубокую древность. МифМифы и исторические факты, легенды и предания о чудесах и подвигах на протяжении многих поколений постепенно синтезируются в героический эпос, в котором находит свое отражение длительный процесс становления национального самосознания. Эпос формирует знание народа об историческом прошлом, а эпический герой воплощает идеальное представление народа о себе самом.

В эпических сказаниях средневековья очень важную роль всегда играет верный вассал своего сюзерена. Таков герой французской «Песнь о Роланде»«Песни о Роланде», не пожалевший своей жизни ради служения королю Карлу Великому. Он во главе небольшого отряда франков в Ронсевальском ущелье отражает нападение многотысячного сарацинского войска. Умирая на поле битвы, герой прикрывает телом свои воинские доспехи, ложится лицом к врагам, «чтобы Карл сказал своей дружине славной, что граф Роланд погиб, но победил».

Роланд - герой многочисленных песен о одеяниях, так называемых chansons de geste, исполнявшихся народными певцами, которых именовали жонглерами. Вероятно, они не повторяли механически текст песен, но нередко вносили что-то свое. Текст песен разделялся на отдельные тирады, каждая из которых завершалась восклицанием «Аой!». Это косвенно свидетельствует о том, что «Песнь о Роланде» пелась жонглёрами. В основу памятника народной поэзии положены исторические события, существенно переосмысленные. В 778 г. король франков Карл совершил поход за Пиренеи ради богатой добычи. Нашествие франков продолжалось несколько недель. Затем войско Карла отступило, но баски напали в ущелье Ронсеваль на ариергард, которым командовал племянник короля Хруодланд. Силы были неравные, отряд франков был разгромлен, а Хруодланд погиб. Карл, возвратившийся с многочисленным войском, отомстил за смерть племянника.

Народные сказители всему произошедшему придали исключительный характер.

Недолгий поход превратился в семилетнюю войну, цель которой в интерпретации жонглеров стала исключительно благородной: Карл хотел обратить неверных сарацин в христианскую веру. Король изрядно постарел, в песне говорится, что седобородому старцу двести лет. Это подчеркивает его величие и благородство. Сарацины были собирательным наименованием арабских племён, вторгшихся на Пиренейский полуостров.

Они были мусульманами, а не язычниками. Но для сказителей они были просто нехристями, которых должно наставить на путь истинной веры.

Хруодланд стал Роландом, но главное он обрёл исключительное богатырское могущество. Вместе со своими сподвижниками: рыцарем Оливьером, епископом Турпином и другими храбрыми рыцарями, он на поле брани уложил тысячи врагов. У Роланда и необыкновенные боевые доспехи: меч Дюрандаль и волшебный рог Олифант. Стоило ему затрубить в рог, и король, где бы он ни был, услышал бы его и пришёл ему на помощь. Но для Роланда величайшая честь погибнуть за короля и милую Францию. Его патриотизм контрастирует с предательством его отчима Ганелона, вступившего в подлый сговор с противниками франков.

«Песнь о Роланде»«Песнь о Роланде» складывалась на протяжении почти четырех столетий. Реальные подробности отчасти были забыты, но усиливался её патриотический пафос, идеализировался король как символ нации и государства, прославлялся подвиг во имя веры и народа.

Для персонажей поэмы в высшей степени характерна вера в бессмертие, которое герой обретает благодаря своим героическим деяниям. Любопытно, что в Европе повсеместно возникла традиция устанавливать на фасадах скульптуру могучего Роланда, опирающегося на свой меч. Рыцарь воспринимался защитником дома от всех иноземных недругов.

Так же верой и правдой служит своему королю Альфонсу VI Руй Диас де Бивар, прозванный Сидом, - герой испанского народного эпоса «Песнь о Сиде»«Песнь о Сиде», освободивший Валенсию и другие испанские земли от захвативших их арабских племён.

Идеология феодального общества требовала от вассала безусловного выполнения воли своего сюзерена. Долг Роланда и Сида состоит в беспрекословном подчинении королю.

Начало «Песни о Сиде» (XII в.) утрачено, но в экспозиции было рассказано о том, что король Альфонcо прогневался на своего верного вассала Родриго, прозванного арабами Сидом, что означает господин, и изгоняет его из пределов Кастилии. Народные певцы - в Испании их называли хугларами - подчёркивают в своём любимце демократизм, а причиной королевской немилости явились зависть и клевета знати.

Несмотря на неправедный гнев, Сид остается верным слугой короля. Отвоевывая новые земли у арабов, Сид всякий раз посылает королю часть дани и тем самым постепенно добивается прощения.

Образ Сида подкупает своей реалистической многосторонностью. Он не только храбрый полководец, но и тонкий дипломат. Когда ему понадобились деньги, он не погнушался обманом, ловко обманул доверчивых ростовщиков, оставив им в качестве заклада сундуки с песком и камнями. Сид тяжело переживает вынужденную разлуку с женой и дочерьми, а когда король просватал их за знатных мошенников, он страдает от нанесённой обиды, взывает о справедливости к королю и кортесам. Восстановив честь семьи, снискав королевское расположение, Сид удовлетворен и выдаёт своих дочерей второй раз замуж, теперь уже за достойных женихов.

Эпический герой испанского эпоса приближен к реальности, объясняется это тем, что «Песнь о Сиде»«Песнь о Сиде» возникла всего спустя сто лет после того, как Родриго совершил свои подвиги. В последующие столетия возник цикл «Романсеро», рассказывающий о юности эпического героя.

По определению выдающегося ученого академика В.И. Жирмунского: «Эпос представляет историческое прошлое народа в масштабах героической идеализации» Жирмунский В.М. Сравнительное литературоведение. - Л., 1979. - С.336.. Действительно, в эпических сказаниях разных народов воссоздан идеальный портрет рыцаря, который наиболее полно и всесторонне выражает идеи преданности служения национальной идее, само служение имеет религиозную окраску, ибо даже форма меча и креста сходна. Таков и герой немецких эпических сказаний - Зигфрид.

Германский героический эпос «Песнь о Нибелунгах»«Песнь о Нибелунгах» был записан около 1200 года, однако его сюжет восходит к эпохе «великого переселения народов» и отражает реальное историческое событие: гибель Бургундского царства, разрушенного гуннами в 437 году. Но герои-нибелунги имеют еще более древнее происхождение. В скандинавском памятнике «Старшая Эдда»«Старшая Эдда», отразившем архаическую эпоху викингов, фигурируют такие герои, как Сигурд, Гуннар, Хёгни, Кудрун. Звучание имен и пережитые ими испытания напоминают главных персонажей «Песни о Нибелунгах»: Зигфрида, Гунтера, Хагена и Кримхильду. Впрочем, у скандинавских и германских героев есть и существенные отличия. В «Эдде» события носят, в основном, мифологический характер, тогда как в «Песнь о Нибелунгах»«Песни о Нибелунгах», наряду с мифами и легендами, нашли свое отражение история и современность. В частности, на германский героический эпос наложила свой отпечаток куртуазная поэзия XII века с её культом прекрасной дамы и мотивом любви к ней рыцаря, никогда ее не видевшего, но воспылавшего к ней страстью оттого только, что молва прославила ее красоту и добродетель по всей земле.

В силу того, что «Песнь о Нибелунгах» формировалась на протяжении нескольких столетий, ее герои действуют в различных временных измерениях, соединяя в своем сознании дерзновенность доблестных подвигов с соблюдением куртуазного этикета.

«Песнь о Нибелунгах»«Песнь о Нибелунгах» - одно из самых трагедийных созданий мировой литературы. Коварство и козни влекут нибелунгов к гибели.

Трагедия всех нибелунгов начинается с гибели эпического героя, каковым является Зигфрид - идеальный герой «Песни о Нибелунгах». Королевич с Нижнего Рейна, сын нидерландского короля Зигмунда и королевы Зиглинды, победитель нибелунгов, овладевший их кладом - золотом Рейна, наделен всеми рыцарскими достоинствами. Он благороден, храбр, учтив. Долг и честь для него превыше всего. Авторы «Песни о Нибелунгах» подчеркивают его необыкновенную привлекательность и физическую мощь. Само его имя, состоящее ив двух частей (Sieg - победа, Fried - мир), - выражает национальное немецкое самосознание в пору средневековых распрей.

Судьбе Зигфрида посвящены первые семнадцать авентюр (глав). Впервые он появляется во второй авентюре, а оплакивание и похороны героя происходят в семнадцатой авентюре. О нем оказано, что рожден он в Ксантене, столице Нидерландов. Несмотря на свой юный возраст, он побывал во многих странах, стяжав славу отвагою и мощью. Зигфрид наделен могучей волей к жизни, крепкой верой в себя и вместе с тем он живет страстями, которые пробуждаются в нем властью туманных видений и смутных мечтаний.

Пройдя обряд посвящения в рыцари, торжественно отпразднованный вместе с четырьмястами однолетками, Зигфрид решает покинуть отчий дом и отправиться в Вормс, столицу бургундов, чтобы испытать себя, дабы произошло самоосуществление личности. К тому же, отправиться в путь его вынуждает желание вступить в брак с Кримхильдом, молва о красоте которой распространилась по всему свету. В этом стремлении связать свою судьбу с той, которую не видел, проявляется традиционный для куртуазной поэзии мотив «любви издалека», но можно усмотреть в этом и вполне реальные обстоятельства, так как династические браки в средневековье заключались нередко без предваряющих встреч.

В образе Зигфрида сочетаются архаические черты героя мифов и сказок с манерами поведения рыцаря-феодала, честолюбивого и задиристого. Обиженный поначалу недостаточно дружеским приемом, он дерзит и грозит королю бургундов, посягая на его жизнь и трон. Вскоре смиряется, вспомнив о цели своего приезда. Характерно, что королевич беспрекословно служит королю Гунтеру, не стыдясь стать его вассалом. В этом сказывается не только желание заполучить в супруги Кримхильду, но и пафос верного служения сюзерену, неизменно присущий средневековому героическому эпосу.

Зигфриду принадлежит важнейшая роль в сватовстве Гунтера к Брюнхильде. Он не только помогает ему одолеть в поединке могучую богатыршу, но и собирает дружину из тысячи Нибелунгов, которые должны сопровождать жениха с невестой, возвращающихся в Вормс. Державный бургундский правитель посылает Зигфрида в стольный град с благой вестью о том, что он совладал с девой-воительницей, дабы родичи подготовили им торжественную встречу. Это вызывает сердечную радость Кримхилъды, которая надеется на то, что посланник теперь может рассчитывать на брак с нею. Состоялась пышная двойная свадьба.

Кримхильда родила Зигфриду наследника, которого в честь ее старшего брата нарекли Гунтером.

Через десять лет разлуки Зигфрид и Кримхильда получают приглашение от Гунтера и Брюнхильды посетить Вормс. Нибелунги отправляются в гости, не ведая, какая беда их ждет там.

Ссора двух королев обернулась бедой для Зигфрида. Выведав у Кримхильды, что Зигфрид, искупавшись в крови дракона, стал неуязвим для стрел, их верный вассал Хаген понял, что у героя есть своя «ахиллесова пята»: упавший лист липы прикрыл тело меж лопаток, это-то и представляет опасность для храброго витязя. Изменник убивает Зигфрида на охоте, метнув в безоружного героя, наклонившегося над ручьем, копье, целясь меж лопаток. Удар оказался смертельным.

Со смертью Зигфрида внимание повествователей сосредоточено на судьбе его вдовы, которая кроваво мстит своим сородичам за смерть мужа.

Сватовство Этцеля, а затем брак с королем гуннов Кримхильда использует исключительно для осуществления своих кровавых планов. Композиционная структура «Песни о Нибелунгах» симметрична, а персонажи повторяют поступки друг друга. Так, Кримхильда уговаривает Этцеля, как прежде Брюнхильда упросила Гунтера, зазвать в гости своих братьев, чтоб учинить над ними расправу.

С момента появления бургундов в столице гуннов Кримхильда отбрасывает всякое притворство, встречая Хагена да и собственных братьев как заклятых врагов. Она убеждена, что теперь убийца Зигфрида в ее руках, и он откроет ей, где спрятано золото Рейна. По вине Кримхильды в сражениях хозяев и гостей погибнут тысячи людей. Но ничья смерть, даже гибель собственного сына, не печалит Кримхильду. Она не может успокоиться до тех пор, пока Хаген и Гунтер не станут ее пленниками. Идея христианского всепрощения органически чужда ей. Объясняется это, по-видимому, тем, что сюжет «Песни о Нибелунгах» складывался в языческие времена. В окончательно оформившемся и записанном варианте авторы немецкого героического эпоса на примере судьбы Кримхильды показывают, сколь губительной оказывается одержимость местью для самой мстительницы, которая в заключительной тридцать девятой авентюре превращается в зловещую фурию: она приказывает отрубить голову брату. Держа в руках голову того, кому служил Хаген, она требует открыть ей тайну клада Нибелунгов. Но если в прошлом Хагену удалось выведать у нее тайну Зигфрида, то теперь она не может заставить Хагена сказать ей, где же наследие Зигфрида. Осознав свое моральное поражение, Кримхильда берет в руки меч Зигфрида и отсекает голову его убийце. Месть свершилась, но какой ценой? Впрочем, и самой Кримхильде остается жить недолго: её убивает старый Хильдебранд, который мстит ей за того, кто был ею только что обезглавлен, и за то, что по ее вине погибло столько достойных витязей.

«Песнь о Нибелунгах»«Песнь о Нибелунгах» - это рассказ о превратностях человеческих судеб, о братоубийственных войнах, раздиравших феодальный мир. Этцель - самый могущественный правитель раннего средневековья, обрел черты идеального правителя, поплатившегося за свое благородство и доверчивость, ставшего жертвой тех, кого он почитал за самых близких людей.

Битва гуннов с бургундами в народном сознании становится первопричиной гибели гуннской государственности, изначально непрочной, так как она представляла собой конгломерат кочевых племен. Однако историческое сознание народа игнорирует причины объективные, предпочитая отождествлять мировые катаклизмы с семейными распрями, моделируя государственность по образу и подобию семейных родственных связей и конфликтов.

Основной пафос средневековых эпических сказаний, будь то «Песнь о Роланде»«Песнь о Роланде», «Песнь о Сиде»«Песнь о Сиде» или «Слово о полку Игореве»«Слово о полку Игореве», - призыв к консолидации нации, сплочению вокруг сильной центральной власти. В «Песни о Нибелунгах»эта идея не выражена столь явно и определенно. В германском эпосе последовательно проводится мысль о том, к каким губительным последствиям приводит борьба за власть, какие катастрофы влечет за собой братоубийственная рознь, сколь опасны раздоры внутри одного семейного клана и государства.

В 70-е годы XIX в. немецкий композитор Вагнер Р.Рихард Вагнер на сюжет «Песни о Нибелунгах», который он дополнил мифологическими ситуациями, создал тетралогию «Кольцо Нибелунгов», тетралогия (Р. Вагнер)«Кольцо Нибелунгов», состоящую из четырех опер: «Золото Рейна», «Валькирия», «Зигфрид»и «Гибель богов». Золотой клад, извлечённый из глубин Рейна Зигфридом, обладает роковой властью и несет гибель всем Нибелунгам, прежде всего самому Зигфриду и Кримхильде, любовь которых изначально обречена в зловещем мире, где господствует корысть и жестокость.

Р. Вагнером были написаны также оперы и на сюжеты рыцарских романов «Тристан и Изольда», опера (Р. Вагнер)«Тристан и Изольда» и «Парцифаль», опера (Р. Вагнер)«Парцифаль».

На смену героическому эпосу раннего средневековья в двенадцатом столетии приходит новый жанр - Романроман, которому суждена была долгая жизнь в искусстве - вплоть до наших дней. В средневековом романе главным действующим лицом оставался рыцарь, однако облик его и внутренний мир претерпели существенные изменения. Будучи эпическим героем, рыцарь покорял своей молодецкой удалью, которую он неустанно демонстрировал, сражаясь с чужеземными иноверцами. Таков был Роланд - племянник и верный вассал своего короля, Карла Великого. Предсмертные речи отважного воина Роланда обращены к Богу и Королю. Но вот что удивительно: погибающий, рыцарь так и не вспомнил о своей невесте Альде, сестре его соратника и друга Оливьера. Узнав о гибели возлюбленного, Альда умерла с горя, о чем, впрочем, без особых подробностей и деталей сообщает сказитель, назвавший себя Турольдом, хотя о нем тоже мало что известно. Вряд ли он был автором «Песни о Роланде», скорее прославился, будучи талантливым жонглёром, который мог позволить себе оставить свое имя в тексте. Но в целом героический эпос - подчеркнём еще раз - результат созданий коллективного народного гения.

Роман рыцарскийРыцарский роман многое воспринял из героического эпоса, но вместе с тем новый эпический жанр отталкивался от седой старины.

Прежде всего рыцарский роман имел своего автора. Другое дело, что на один и тот же сюжет сочинялось порой множество романов, как например, романы о любви Тристана и Изольды. Случалось, что иногда имена создателей терялись, как это произошло с прелестной старофранцузской повестью «Окассен и Николет». Однако картина мира предстает в рыцарском романе в авторском восприятии. Повествователю в рассказе принадлежит чрезвычайно актуальная роль, он, как это будет впоследствии у Байрона в «Дон Жуан» (Байрон)«Дон Жуане» или у Пушкина в «Евгений Онегин» (Пушкин А.С.)«Евгении Онегине», коснется до всего слегка и будет с толком рассуждать на разные темы, в зависимости от того, в какие передряги попадает рыцарь. Герой рыцарского романа в доблести не уступает герою эпическому. Ратного искусства у него хоть отбавляй, ибо он запросто в одиночку сражается с целым полчищем супостатов. Но воюет он теперь не столько за короля, сколько ради славы, которая ему необходима, чтобы завоевать сердце Прекрасной Дамы, во имя которой он совершает множество подвигов.

Отношения же рыцаря с королём тоже несколько изменились. Благородный паладин своего короля, оставаясь вассалом, обретает нередко несколько иной статус: друга и наперсника монарха. Порой рыцарь по приказанию короля совершает подвиг, но связан героический поступок не с политикой, а личной жизнью. Например, Тристан отправляется на завоевание Изольды. Заморской красавице надлежит стать супругой короля Марка, который доводится ему дядей. Дистанция между вассалом и королем сокращается, рыцарь попадает в число приближенных. Конфликт романа о Тристане и Изольде строится на том, что вассал становится соперником самого короля, что в героическом эпосе было бы абсолютно невозможно. Любовные переживания героев раскрываются с большой психологической убедительностью, чувства их лишены статичности, преследования влюбленных только стимулируют их страсть. В отличие от Роланда, герои рыцарских романов непременно влюблены, любовь движет ими, заставляя вызывать на поединок всякого рода злодеев и чудовищ, сражаться с могучими великанами и коварными карликами. Подвиг обретает личностный смысл, героика становится первейшим способом самоутверждения.

Однако, как уже говорилось, одной храбрости недостаточно. К героическому идеалу в рыцарском романе присоединился идеал эстетический.

Каков был ликом своим Роланд, сквозь забрало было и не разглядеть, а в рыцарском романе герой, будь то Тристан или Ланселот, обязательно хорош собой. Точно так же он всегда учтив, обходителен, щедр, сдержан в выражении чувств. Изысканные манеры убеждают в благородном происхождении героя. Рыцарь знатен, поэтому уже своим поведением он возвышается над подлым людом.

Любовь для рыцаря - услада земной жизни, а та, кому отдал он свое сердце, является живым телесным воплощением Мадонны. Эти качества составляли основу куртуазии. Cour - по-французски двор, но «куртуазный» не значит только «придворный», это еще означает «изысканный», «идеальный», «возвышенный», «утонченный» и включает еще множество достоинств. Куртуазная любовь редко бывала взаимной. Страсть неотделима от страдания. Любовь в рыцарской поэзии - это поклонение и завоевание. Наряду с романом, рыцари создали свою лирику со строго регламентированными жанрами. Альба воспевала горесть разлуки на рассвете, в пасторалях рыцарь домогался любви пригожей пастушки, в сирвентах полагалось обсуждать политические вопросы, а в тенсонах вести философский диспут.

Куртуазные поэты именовали себя Трубадуртрубадурами, от провансальского trobar, что означает искать, находить. В термине «трубадур» содержится указание на сложность построения стиха, отличавшегося причудливой рифмовкой.

Авторы рыцарских романов - Трувертруверы, от французского trouverer - тоже «искать», «находить», «придумывать». Труверы по существу сочиняли занимательные сказки о бесконечных приключениях рыцаря.

Роман рыцарскийРыцарский роман распространялся по территориям будущей Германии и Франции, с лёгкостью преодолевая языковый барьер. Возникло множество романов о приключениях рыцарей круглого стола при дворе короля Артура. Источником послужила книга Гальфрида Монмутского «История королей Британии»«История королей Британии» (около 1137 г.), ставшая широко популярной во Франции.

Артур был мелким правителем бриттов. Но валийский автор исторической хроники изображает его могущественным правителем Британии, Бретани и чуть ли не всей Западной Европы. Он - верховный авторитет в политике, его супруга Гениевра - покровительствует влюбленным рыцарям. Ланселот, Говен, Ивейн, Парцифаль и другие отважные рыцари стекаются ко двору короля Артура, где каждому за круглым столом принадлежит почетнее место. Его двор - средоточие куртуазии, доблести и чести.

Самым знаменитым автором романов о подвигах рыцарей круглого стола был Кретьен де ТруаКретьен де Труа (ок. 1135 – 1191). Образованному талантливому труверу покровительствовала Мария ШампанскаяМария Шампанская, увлекавшаяся рыцарской поэзией. Кретьен де Труа был плодовит, до нас дошло пять его романов: «Эрек и Энида», «Клижес, или Мнимая смерть», «Ивейн, или Рыцарь со львом», «Ланселот или Рыцарь телеги». Основной конфликт его романов заключается в решении вопроса, как соединить счастливый брак с рыцарскими подвигами. Имеет ли право женатый рыцарь Эрек или Ивейн отсиживаться в замке, когда малых и сирых обижают жестокие чужеземцы? В конце жизни он по каким-то неведомым причинам рассорился с Марией Шампанской и отправился искать покровительства у Филиппа Эльзасского. «Парцифаль, или Сказание о Граале»«Парцифаль, или Сказание о Граале» - последний роман, который до нас не дошёл, но стал известен благодаря очень вольной интерпретации кретьеновского текста, сделанной при переводе на немецкий язык Вольфрамом фон Эшенбахом. Генезис самого знаменитого немецкого рыцарского романа восходит к французскому источнику, но «Парцифаль» в немецкой литературе определил на многие столетия духовные и эстетические поиски интеллектуального героя, дал толчок возникновению романа воспитания, без которого невозможно себе представить литературу не только Германии, но и всей Европы.

Вольфрам фон ЭшенбахВольфрам - крупнейший поэт немецкого средневековья, автор множества лирических произведений, незаконченного романа «Виллехальм» (ок. 1198-1210), ценится прежде всего как создатель монументального романа «Парцифаль» (Вольфрам)«Парцифаль» (ок. 1200-1210), насчитывающего 28840 стихов. Но дело не в масштабах. Вольфрам фон Эшенбах произвел революцию в самом жанре романа, перенеся центр внимания с внешних событий (приключений, нечаянных встреч, поединков) во внутренний мир героя, постепенно в процессе мучительных поисков, разочарований и заблуждений обретающего гармонию с миром и душевное равновесие.

«Парцифаль»«Парцифаль» - своего рода семейная хроника, так как Вольфрам фон Эшенбах рассказывает со множеством подробностей три истории - три биографии: отца Парцифаля Гамурета, самого Парцифаля и его сына Лоэнгрина.

Гамурет - идеальный герой немецкого рыцарского романа. Он жаждет служить одному только Богу и мечтает о единственной награде - любви прекрасной дамы, имя которой Херцлойда, что означает тоскующая сердцем. Херцлойда должна была выбрать себе супруга на рыцарском турнире. Отважный Гамурет побеждает всех соперников, однако он не может жить без ристалищ. Воспользовавшись свободой, которую ему предоставила великодушная Херцлойда, он отправился воевать и погиб в сражениях.

Парцифаль, сын Гамурета и Херцлойды, поначалу не ведает о рыцарском долге. Потеряв воина-мужа, Херцлойда боится и за сына. Мать вместе с Парцифалем и слугами покидает дворец и поселяется в лесу. Херцлойда надеется, что, живя среди девственной природы, Парцифаль не узнает, в чем предназначение рыцаря. Вольфрам стремится показать, как естественный человек, выросший на лоне природы, постигает свое божественное предназначение, которое автору видится в рыцарском служении добру, справедливости и божественной благодати.

Однажды в лесу Парцифаль увидел рыцарей, проскакавших мимо него. Кто они? Матери пришлось объяснить, кто такие рыцари. Херцлойда называет рыцарей верными слугами Господа-Бога, они на земле, выполняя Его волю, служат добру и свету. У Парцифаля возникает непреодолимое желание стать рыцарем. Напрасно мать отговаривает его, он непременно должен отправиться ко двору короля Артура и занять там свое достойное место среди рыцарей круглого стола.

Как истинный герой он разгромил целое полчище врагов королевы Кондвирамур (имя означает «Созданная для любви») и женился на ней. Однако Парцифаль еще не осознал свое главное предназначение: обрести чашу святого Грааля как символ благодати, связующий мир земной и небесный. Этот образ встречается в легендах средневековья и первоначально Грааль означал сосуд, использованный на тайной вечере, в который была собрана кровь распятого Иисуса Христа. Вольфрам трактует святой Грааль несколько иначе: это драгоценный камень, который насыщает приблизившегося к нему рыцаря духовно и физически.

Отважный рыцарь во время своих странствий проник в таинственный прекрасный замок Мунсальвеш. На ложе истекал кровью король Анфортас, возле него стоял оруженосец с копьем, с которого капала кровь. Парцифаль был поражен увиденным, но упустил из-за излишней скромности возможность исцелить короля и принести в мир радость спасения от недугов и страданий. Теперь ему предстоит вновь отыскать путь в таинственный замок.

Чтобы овладеть в дальнейшем чашей святого Грааля и спасти истекающего кровью короля Анфортаса, Парцифалю предстоит пройти немало испытаний, пережить чужое горе и страдание как свое собственное, и только тогда радость озарит жизнь доблестного прославленного рыцаря и очистит его от всех совершенных по неведению грехов.

История Парцифаля завершается торжеством справедливости и всеобщей радости. В замок прибывает и любимая жена Кондвирамур, о которой так долго тосковал странствующий рыцарь. Счастливый Парцифаль тут же увидел своих замечательных сыновей Кардейса и Лоэнгрина.

Финал истории носит идиллический характер: святой Грааль питает всех яствами и утоляет вином жажду. Парцифаль правит своей страной мудро и справедливо.

Лоэнгрин - сын Парцифаля и Кондвирамур. Родился, как и его отец, после отъезда рыцаря на войну. Их первая встреча и взаимное узнавание происходит, когда Парцифаль уже овладел святым Граалем. Дальнейшая история Лоэнгрина Вольфрамом намечена пунктирно. Говорится о храбрости Лоэнгрина, о его победах во многих битвах. Лоэнгрин полюбил прекрасную принцессу Брабанта Эльзу, которая отвергала всех искателей ее руки. Он прибывает в Антверпен на ладье, в которую запряжен лебедь. Стройный белокурый красавец Лоэнгрин мгновенно завоевал сердце принцессы. Он женился на ней с одним условием: Эльза не должна спрашивать, откуда он прибыл. Очевидно, Лоэнгрин не имел права никому открывать тайну замка Мунсальвеш, в котором хранилась чаша святого Грааля. Супруга Лоэнгрина долгое время соблюдала условие, но стоило ей попытаться выведать секрет мужа, как Лоэнгрин бесследно исчез, влекомый прекрасным лебедем.

Образ Лоэнгрина нашел свое отражение в одноименной опере Вагнер Р.Р. Вагнера (1848), который, будучи сам автором либретто, дополнил биографию героя новыми событиями и персонажами.

В период расцвета рыцарского романа и куртуазной лирики средоточием культуры был замок ( Schloß, château), представлявший собой укрепленное строение, окруженное крепостной стеной и рвом. Наряду с жилыми помещениями в замке имелись башни, откуда можно было следить за приближением неприятеля. В окнах было вставлено цветное стекло, пол застилался коврами. Отапливались помещения камином. В замке имелся парадный зал, где происходили церемонии, собрания, пиры, поэтические турниры и судебные тяжбы. В подземелье замка находилась тюрьма.

Феодальный замок с его стенами, башнями и воротами вёл свое происхождение от римских военных укреплений и германской усадьбы. Архитектура замка с течением времени претерпела изменения, оборонительный характер сооружения утратился, замок, превратился в жилище - дома, дворцы.

От середины ХV в. сохранился дом Жака Кера в Бурже, представляющий образец перехода от замковой архитектуры к дворцовой. Богатейший купец и финансист начал строить своё роскошное жилице на гребне успеха. В окна были вставлены цветные стекла, стены изнутри и снаружи были покрыты пышным декором, расписаны потолки, зал украшали произведения живописцев и скульпторов. В доме были всевозможные удобства, включая баню. Был устроен огромный камин с завершением в виде башни (замок в замке!), украшенный фризом, на котором изображена плутовская процессия: рыцари и охотники восседали верхом на обезьянах. Видимо, богач не упустил возможности посмеяться над бедными рыцарями, которые сходили с исторической арены.

Сооружениями переходного типа явились ЛуврЛувр и фонтаны (современное фото) и Тауэр, построены в ХIV в.

Если замок был центром светской жизни, то центром духовной жизни был собор. Христианские храмы сооружается на исходе первого тысячелетия, господствующий стиль их - романский. Храм имел исходной точкой базилику, то есть здание было прямоугольной формы, и разделен на три, пять иногда более нефов рядами колонн. Центральный неф выделялся своими размерами. Зодчие христианских храмов позаимствовали форму базилики у римлян, использовавших ее при строительстве зданий для судопроизводства или торговли.

Соответственно стиль, возникший на основе древнеримской традиции, получил название романский и характеризовался массивностью и простотой форм, сводчатыми и арочными конструкциями, лаконичностью скульптурных украшений. Храмов, а тем более замков романского стиля сохранилось не так уж много. Можно назвать в качестве примеров собор в Бамберге, построенный в 1009-1012 гг., и собор в ВормсеСобор в Вормсе, построенный в 1171-1234 гг. Однако отдельные черты романской архитектуры можно обнаружить и в более поздних сооружениях, решенных в готическом стиле.

Готика как архитектурный стиль первоначально возникла на северо-западе Франции, а затем распространилась по всей западной Европе. Готический стиль характеризуется асимметричными разновеликими объемами здания, имеющего чёткую вертикальную направленность. Готике присущи стрельчатые арки и своды, обилие каменной резьбы, витражи. В готическом соборе распор стрельчатого свода главного нефа передается на наружные опорные столбы (контрфорсы) с помощью упорных арок (аркбутанов). Готический стиль применим исключительно к церковной архитектуре, лишь отдельные готические детали и приемы могли использоваться при строительстве дворцов.

К числу наиболее ранних готических сооружений относят капеллу в Сен-Дени, построенную аббатом Сугериусом между 1140 и 1143 гг., а далее соборы Шартра, Реймса и Амьена, относящиеся к началу XIII в. Сооружение соборов было длительным процессом. В этом плане своеобразный рекорд был поставлен в Кёльне, где начали строить собор святого Петра в 1248 г. К 1320 г. был сооружен алтарь, пять нефов и колокольня высотой почти 160 м. Строительство замедлилось, и только к 1400 г. возвели южную башню и южные боковые нефы. Однако в начале ХVI в., в связи с Реформацией, начатой Мартином Лютером, католический собор перестали строить вовсе. Лишь в середине XIX в. работы возобновились, а в 1880 г. громада собора в завершенном виде предстала перед взорами жителей Кёльна. Но при этом стоит обратить внимание на то, что сооружение собора продолжалось более семи столетий, что менялись архитектурные стили, однако собор сохранил верность готике и на основе чертежей и планов был завершен в том виде, каким он был задуман изначально. (См. Кёльнский собор, Кёльнский собор. Апсида, Кёльнский собор. Вид с востока.)

Сам термин Готикаготика стал употребляться в XVI-XVII вв. для обозначения доренессансного неитальянского стиля. Время внесло коррективы в терминологию и обнаружило привлекательность готического стиля. Иногда архитектура собора становилась эклектичной, что связано со сменой стилей, как это произошло при строительстве Собора Парижской БогоматериСобор Парижской Богоматери. Западный фасад, заложенного в 1163 г. и завершенного в ХIV в. Вот как описывает облик собора Гюго В.Виктор Гюго в знаменитом романе «Собор Парижской Богоматери» (1831 г.): «Если бы у нас с читателем хватило досуга проследить один за другим все те следы разрушения, которые отпечатались на этом древнем храме, мы бы заметили что доля времени здесь ничтожна, что наибольший вред нанесли люди, и главным образом люди искусства. Я вынужден упомянуть о «людях искусства», ибо в течение двух последних столетий к их числу принадлежали личности, присвоившие себе звание архитекторов.

Прежде всего - чтобы ограничиться лишь немногими наиболее значительными примерами - следует указать, что вряд ли в истории архитектуры найдется страница прекраснее той, какою является фасад этого собора, где последовательно и в совокупности предстают перед вами три стрельчатых портала; над ними - зубчатый карниз, словно расшитый двадцатью восемью королевскими нишами, громадное центральное окно-розетка с двумя другими окнами, расположенными по бокам, подобно священнику, стоящему между дьяконом и иподьяконом; высокая изящная аркада галереи с лепными украшениями в форме трилистника, несущая на своих тонких колоннах тяжелую площадку, и, наконец, две мрачные массивные башни с шиферными навесами. Все эти гармонические части великолепного целого, воздвигнутые один над другими в пять гигантских ярусов, безмятежно в бесконечном разнообразии разворачивают перед глазами свои бесчисленные скульптурные, резные и чеканные детали, могуче и неотрывно сливающиеся со спокойным величии целого. Это как бы огромная каменная симфония; колоссальное творение и человека и народа; единое и сложное, подобно «Илиаде» и «Романсеро», которым оно родственно; чудесный результат соединения всех сил целой эпохи, где из каждого камня брызжет принимающая сотни форм фантазия рабочего, направляемая гением художника; одним словом, это творение рук человеческих могуче и изобильно, подобно творению Бога, у которого оно как будто заимствовало двойственный его характер: разнообразив и вечность.

То, что мы говорим здесь о фасаде, следует отнести и ко всему собору в целом; а то, что мы говорим о кафедральном соборе Парижа, следует сказать и обо всех христианских церквах средневековья» Гюго В. Собр. соч.: В 15 т.: Т.2. - С. 107-108..

Однако собор прихожанами воспринимался в первую очередь не как произведение искусства, а скорее как энциклопедию духовной жизни.

Собор был призван увековечить и прославить Иисуса Христа, Богоматерь, апостолов. Житие Спасителя, Мадонны или его учеников становилось основным содержанием собора. Через отдельные события строители и скульпторы умели передать всю историю христианской церкви. Готические соборы строились с целью воплотить на земле трансцендентальное бытие.

Собор выполнял важнейшую функцию реликвария. Так, в Кёльнском соборе хранятся мощи восточных царей-волхвов, пришедших с дарами первыми поклониться младенцу Иисусу. В кафедральном соборе в Валенсии хранится чаша святого Грааля. В церкви святого Николая в Демре (Мире Ликийской) хранятся мощи Николая-чудотворца, служившего епископом в этой же церкви. В дальнейшем эта традиция хоронить в храме священнослужителей утвердится повсеместно. В Кентерберийском соборе, где был убит епископ Томас, сохранялись, как святыня, его мощи.

Каждый собор, обладая своими реликвиями, привлекал местных прихожан и паломников, желающих поклониться святыням.

Помимо этого, в соборе хранилась церковная утварь, представляющая собой произведения ювелирного искусства.

В католических храмах отсутствует роспись, но есть витражи, с религиозными сюжетами, которые, как правило, воссоздают важнейшие события христианской конфессии.

В соборах стены украшали картины величайших художников, которые могли быть посвящены житию местных святых. Так, например, Лохнер С.кёльнский художник Стефан Лохнер писал для собора картины на сюжет жития святой Урсулы, местной уроженицы. Караваджо для собора святого Иоанна-крестителя в городе Ла Валета на Мальте написал грандиозное полотно «Усекновение головы Иоанна-крестителя». Примеров можно привести множество, но главное следует иметь ввиду, что большинство картин на религиозные сюжеты, которые сегодня находятся в музейных экспозициях, предназначались для храмов. «Сикстинская мадонна»Рафаэль. Сикстинская мадонна (1512) в Дрезденской галерее потому и называется «Сикстинской», что предназначалась для Сикстинской капеллы.

Готический собор поражает своей каменной пластикой. У стен собора нет свободного пространства, он сплошь покрыт каменной резьбой - декоративной и сюжетной. Внутри собора всегда находятся скульптурные изображения святых, иногда относящиеся к различным периодам средневековая. В соборе Парижской Богоматери стену украшает рельеф «Иов и его друзья» (XIII в.), поражающий психологизмом: друзья отнюдь не сочувствуют страдальцу, а скорее злорадствуют.

Крестовую капеллу Кёльнского собора украшает распятие, выполненное по заказу епископа Геро (ум. 976 г.), которое считается древнейшим из монументальных распятий в Западной Европе. Христос представлен обычным человеком, принявшим мученическую смерть. В его согбенной фигуре больше страдания, нежели величия. По легенде трещина, расколовшая голову деревянного распятия, вновь закрылась после того, как епископ Геро приложил к ней просвиру. С тех пор распятие признано чудотворным.

Если рассмотреть в готическом соборе все разнообразные произведения изобразительного искусства, то нетрудно обнаружить, что сюжетом почти каждого становится чудо, но чудо суждено пережить только истинно верующему человеку. Об этом афористично сказал крупнейший поэт средневековой Франции Вийон Ф.Франсуа Вийон в балладе «Поэтического состязания в Блуа»: «Я сомневаюсь в явном, верю чуду». В сущности, всё средневековье жило ожиданием чудес.

Таково и «Чудо о Теофиле», история произошедшая в церкви в Киликии около 538 г. и изображенная в северном портале Собора Парижской Богоматери. Церковный эконом, рассердившись, что кардинал не повысил его в должности, продал душу дьяволу. Однако вовремя опомнился, обратился с молитвой к Мадонне. Богоматерь спасла его от адских мук, отобрав душу грешника у лукавого беса. Этот сюжет, послуживший также для драматического произведения Рютбефа «Чудо о Теофиле», очень показателен для средневекового сознания: если согрешил, поспеши покаяться и будешь спасён.

С изобретением артиллерийских орудий рыцарство постепенно утрачивало свою социальную роль, зато усиливалось бюргерство - горожане, объединявшиеся в ремесленные цеха и купеческие гильдии. К началу XII в. сформировалась бюргерская литература, оппозиционная по отношению к рыцарскому роману и куртуазной лирике. У горожан были свои жанры, а обращаясь к жанрам уже сформировавшимся, горожане их пародировали. Городская культура в известной степени базировалась на карнавальных традициях: горожанам было в значительной мере присуще чувство свободы и независимости, которое возникало в дни празднеств и сопровождалось переодеваниями, игрищами и дурачествами. Вспомним еще раз роман В. Гюго «Собор Парижской Богоматери» (Гюго В.)«Собор Парижской Богоматери», где избирают не красавицу-королеву, а короля уродов, титул которого без труда достаётся получеловеку-получудовищу Квазимодо.

Известный отечественный ученый Бахтин М.М.М.М. Бахтин открыл целые пласты средневековой карнавальной культуры, которые он оценивал чрезвычайно высоко: «Празднества карнавального типа, как мы уже говорили, занимали очень большое место в жизни средневековых людей даже во времени: большие города средневековья жили карнавальной жизнью в общей сложности до трех месяцев в году. Влияние карнавального мироощущения на видение и мышление людей было непреодолимым: оно заставляло их как бы отрешаться от своего официального положения (монаха, клирика, ученого) и воспринимать мир в его карнавально-смеховом аспекте. Не только школяры и мелкие клирики, но и высокопоставленные церковники и ученые богословы разрешали себе веселые рекреации, то есть отдых от благоговейной серьезности, и «монашеские шутки» («Ioca monacorum»), как называлось одно из популярнейших произведений средневековья. В своих кельях они создавали пародийные или полупародийные ученые трактаты и другие смеховые произведения на латинском языке.

Смеховая литература средневековья развивалась целое тысячелетие и даже больше, так как начала ее относятся еще к христианской античности. За такой длительный период своего существования литература эта, конечно, претерпевала довольно существенные изменения (менее всего изменялась литература на латинском языке). Были выработаны многообразные жанровые формы и стилистические вариации. Но при всех исторических и жанровых различиях литература эта остается - в большей или меньшей степени - выражением народно-карнавального мироощущения и пользуется языком карнавальных форм и символов»Бахтин М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. - М., 1965. - С. 17..

Однако масштаб карнавальных вольностей, думается, преувеличивать не стоит, средневековый человек был глубоко верующим, он свято соблюдал церковный календарь, в котором видное место занимало мученичество и подвижничество святых апостолов и их последователей.

Соединение трагического и комического произошло в драматургических жанрах. В храме служба носила в известной мере театральный характер: убранство храма - декорация, обмен репликами двух полухорий - диалог, библейские тексты сопровождались музыкой. Иногда во время службы допускалась импровизация. В текст вносились вольности, допускались мизансцены. Такого рода импровизационную драму называют литургической. Однако вскоре представление вынесли на паперть, в инсценировке евангельских эпизодов стали принимать участие не только клирики, но и простые горожане. Так появилась полулитургическая драма.

Грандиозное представление, которое разыгрывалось на городской площади, - Мистериямистерия (лат. mysterium - таинство). Это могло быть действие о грехопадении Адама и Евы или изображение крестного пути Иисуса Христа. В серьезное драматическое представление стали проникать комические эпизоды. Появился Фарсфарс (франц. farce - начинка), в котором изображались неверные жёны, мнимые слепые, просящие подаяние, пройдохи-адвокаты, скупые старики и влюбленные вертопрахи. Над ними сочинители фарсов беззлобно посмеивались, потешая зрителей, собравшихся посмотреть мистерии.

Драмой с благополучным финалом был Миракльмиракль (франц. miracle - чудо). В мираклях небесные силы вмешивались в судьбу грешника и спасали его. Таков уже упомянутый миракль «Чудо о Теофиле» Рютбефа (сер.XIII в.). В мираклях нередко действовал Николай-Мирликийский, который спасал тонущих мореплавателей, бесприданницам помогал найти достойных женихов, излечивал хворых и даже разоблачал воров.

Чрезвычайно популярны были в городской среде короткие юмористические рассказы, стихотворные или прозаические, которые во Франции назывались Фабльофабльо, а в Германии - Шванкишванки. В них рассказывалось о всякого рода ловкачах и мошенниках, рисовавших незримые картины, которые видеть мог только благородный человек. Они лечили от всех болезней прахом самого хворого и учиняли всякие другие проделки. Учили, например, осла читать Библию, насыпав между страницами овса. Могли назвать точное расстояние от дома до неба. Кто не верил в точность цифры, тот мог сам проверить её достоверность.

Иногда короткие озорные рассказы объединялись в целые циклы. Так появился «Роман о Лисе»«Роман о Лисе», где изображалась вражда горожанина Лиса с рыцарем Волком. Рыжий беспрестанно дурачил серого, а само повествование пародировало рыцарский роман. В нём рыцарские турниры превратились в драки и потасовки, а «прекрасные» дамы, увы, не отличались верностью.

На исходе средневековья жизнь демократизировалась, и это находило отклик в архитектуре городов. Возводятся Ратушаратуши - здания, где было сосредоточено управление городом. Они сохраняют стилевые признаки готики, однако выглядят куда более приземленными, да и каменная резьба на фасаде ратуши гораздо скромнее, чем в соборе. Примерами могут служить воздвигнутые в начале XV в. в готическом стиле краснокирпичные ратуши в Ростоке, Вернигероде, Госларе, Любеке и других городах Германии. Строятся другие общественные учреждения. Например, бани, появившиеся в Европе после крестовых походов под влиянием культуры Востока.

Рыцарей, вернувшихся из крестовых походов или просто после сражений, надобно было лечить. На исходе средневековья строятся первые специальные лечебные заведения. Характерный образец такого рода сооружения - Госпиталь Святого Духа в Любеке (1210-1230 гг.). Сводчатые залы напоминали храм, однако наряду с парадным входом, где принимали страждущих, имелось огромное закрытое помещение, разделенное на крохотные каморки, где лечили раны и где доживали свой век бездомные вояки. В столице Мальты в городе Лавваллета и сегодня можно видеть построенный на исходе средневековья «Обреж де Кастиль» - лазарет для раненых рыцарей, который тоже служил пристанищем для стариков и хворых. За ними ухаживали члены Мальтийского ордена госпитальеров, славящегося своими лекарями.

Нельзя не упомянуть и о том, что повсеместно в Европе, начиная с XII в., возникают университеты.

Всё это в совокупности подготовило почву для возрождения античных гуманистических традиций.

Переход из одной эпохи в другую был плавным, постепенным, начавшимся в Италии в конце XIII - начале XIV вв.

Данте А.Великий поэт Данте и Джотто ди Бондонегениальный живописец Джотто своим творчеством соединили средневековье с Ренессансом. Сохраняя особенности средневекового видения мира, они вместе с тем сумели заглянуть в будущность человечества.

Джотто ди Бондоне (1267 – 1336) родился в местечке Веспиньяно близ Флоренции. О жизни его известно мало. Он хорошо знал и достоверно изображал деревенскую жизнь. Некоторые биографы поэтому высказывали предположение, что он родом из крестьянской семьи. Возникла гипотеза, что он был последователем Франциска Ассизского, который, отказавшись от богатства, проповедовал бедность и утверждал, что Бога, растворенного во всей природе, можно постичь особым душевным состоянием, которое вызывает медитация. Поводом послужила ранняя работа Джотто - 28 фресок из жизни основателя францисканского ордена, в церкви в Ассизи. Фрески последовательно воссоздают жизнь святого. Вот Франциск отрекается от отца, далее отдаёт нуждающемуся свой плащ, изгоняет демонов, извлекает воду из скалы. Одна из самых ярких и поэтических фресок «Св. Франциск проповедует птицам», где художнику удалось передать удивительное единение человека и природы, что, собственно, приближает его к эпохе Возрождения.

Сам Джотто не был апостолом нищеты, ему свойственен скорее здравый смысл, нежели религиозный экстаз. Следует отметить, что художник, получавший заказы на росписи храмов, никогда не был противником папы и этим разительно отличался от своего современника и земляка Данте.

Джотто побывал в Риме, затем в Падуе, в Римини, украшал храмы мозаиками и фресками. Он купил себе дом во Флоренции близ церкви Санта Мария Новелла, был человеком состоятельным, ведя свои дела весьма успешно.

Самая значительная работа Джотто - фрески в церкви Марии даль Арена в Падуе. В 32 сценах изображена земная жизнь Марии и Иисуса Христа. Он изобразил Богоматерь не царицей небесной, как это было принято в готике, а матерью, разделяющей страдания и муки сына. В трактовке последних дней Спасителя ощутима особая задушевность, Его смирение в фресках «Омовение ног» и «Тайная вечеря». Изображая оплакивание Христа, Джотто плавно повторяющимися округлыми линиями воссоздает всеобщую сосредоточенность на событии мирового масштаба. Вместе с тем сын Божий и здесь остаётся человеком. (См. Джотто. Бегство в Египет. Фреска капеллы дель Арена в Падуе. Ок. 1305., Джотто. Поклонение волхвов. Фpеска в Капелле дель Аpена (Скpовеньи), Джотто. Св. Франциск и св. Клаар.)

Джотто получил приглашение от неаполитанского короля Роберта Анжуйского, покровительствовавшего художникам и поэтам, расписать придворную капеллу, в которой должны были находиться портреты знатных особ, написанные Джотто. Увы, они не сохранились, как и многие другие его работы.

Джотто и Данте были знакомы. Возможно, на создание фрески «Страшный суд» повлияла поэма Данте, а единственный более или менее достоверный портрет ДантеПортрет Данте. Национальный музей, Капелла, Италия принадлежит кисти Джотто.

Данте А.Данте Алигьери (1265 – 1321) родился во Флоренции, принимал деятельное участие в общественной жизни, был избран одним из приоров - управляющих городом. Однако когда к власти пришли политические противники Данте, он вынужден был отправиться в изгнание. Хотя знаменитого поэта с почестями принимали во многих городах Италии, он тяжело переживал разлуку с Флоренцией. Важнейшим событием духовной жизни поэта была встреча с Беатриче, которая стала для него земным воплощением небесной любви. Имя Беатриче означает дарующая блаженство. Поэтическое творчество Данте стало прославлением идеала, он создал образ, воплощающий веру, мудрость, красоту, справедливость, сострадание - словом все человеческие добродетели.

О любви к Беатриче он впервые рассказал в книге «Новая жизнь» (1292 г.), ставшей первой в мире автобиографией поэта. Он повествует о встречах с Беатриче, которых было всего три. Он испытал блаженство, когда лицезрел её прелестный облик. Он пережил страшное горе, когда узнал, что Беатриче умерла. В «Новой жизни» поэзия сочетается с прозой. В сонетах и канцонах он запечатлел её образ, а в прозаических пояснениях он рассказал о том, что послужило поводом к созданию стихотворения и какую мысль он хотел в нём выразить.

Над «Божественная комедия» (Данте А.)«Божественной комедией» Данте работал в изгнании около 20 лет. Поэт назвал свое произведение «Комедия». Это не означало принадлежности к драматическому жанру, во времена Данте комедией называли произведение, начинающееся трагически, но завершающееся счастливо. Потомки назвали творение Данте «Divina commedia», выразив тем самым свое восхищение. Поэма состоит из трёх частей: «Ад», «Чистилище», «Рай», соответствуя трём состояниям человеческой души в загробном мире. Каждая часть состоит из 33 песен, помимо этого есть вступительная песнь, которая начинается так:

Земную жизнь пройдя до половины,

Я очутился в сумрачном лесу,

Утратив правый путь во тьме долины.

Каков он был, о, как произнесу,

Тот дикий лес, дремучий и грозящий,

Чей давний ужас в памяти несу!

Так горек он, что смерть едва ль не слаще.

Но благо в нём обретши навсегда,

Скажу про всё, что видел в этой чаще.

(Перевод М. Лозинского).

Поэма написана терцинами, то есть строфами, каждая из которых состоит из трёх строк, причем рифмуются сначала первая и третья строка, а затем вторая строка в следующей строфе с первой и третьей. Заметим, что в творчестве Данте цифра три имеет особый смысл, связанный с троичностью божества.

Середина жизни по средневековым представлениям 35 лет. Сумрачный лес - образ символический, иллюстрирующий заблуждения человека. Далее появятся три аллегорических зверя, олицетворяющих пороки, слабости и грехи людские. Чтобы направить поэта на путь истинный, милостивая Беатриче, обитающая в раю, послала к нему Вергилия, дабы тот провёл Данте по кругам ада и показал, как караются грешники. Глазами изумленного Данте читатель видит чревоугодников и сладострастников, еретиков и богохульников, обманщиков, льстецов, мздоимцев и предателей. Каждому по грехам уготована кара, которую Данте считает справедливой, но это не мешает ему сострадать обитателям ада. Так, в пятой песне он изображает реальных людей Франческу да Римини и Паоло. Они полюбили друг друга, хотя Франческо была женой брата Паоло. Воображение поэта заставляет их вращаться в ужасающем адском вихре. Карает-то их Данте, но он же и падает без чувств, услышав исповедь своей героини. Так же и во многих других эпизодах Данте не отступает от средневековых религиозных догм, но гуманистически сочувствует страданиям.

Самое страшное преступление в представлении поэта - предательство. Самые мучительные истязания уготованы иуде, Бруту и Кассию. К ним Данте, переживший измены и предательства, беспощаден.

В конце поэмы происходит встреча Данте с Беатриче, которая приобщает его Божественному промыслу и вечности.

В искусствоведении принят термин «ducento» - XII век, называемый Проторенессанспроторенессансом, то есть тем историческим этапом, вслед за которым непосредственно наступает эпоха Возрождения.

Рекомендуемая литература.

  1. Алексеев М.П., Жирмунский В.М., Мокульский С.С., Смирнов А.А. История западно-европейской литературы. Средние века и Возрождение. - М., 2000.

  2. Бахтин М.М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. - М, 1965.

  3. Гуревич А.Я. Проблемы средневековой литературы. - М., 1981.

  4. Данилова И.Е. Искусство средних веков и Возрождения. - М., 1984.

  5. Хейзинга И. Осень средневековья. - М., 1988.

© Центр дистанционного образования МГУП